— Ладно, есть кое-что для тебя! Вот завалялась какая-то иностранная книга на непонятном языке с описанием всяких травок заморских. Может латынь, только я её подзабыла. Ладно, ты разберешься: глазки умные, даже очки носишь. Давай, сколько не жалко и хватит место занимать! — я бросила на прилавок купюру, а эта фурия уже кричала очередной жертве о необходимости купить книгу про оборотней.

Вот настоящий талант, ей бы курсы маркетолога вести — с первого взгляда чувствует, кому что интересно.

В метро удалось найти свободное место и удобно устроиться, насколько это возможно в час пик. Вот как раз есть время, чтобы ознакомиться с моим приобретением. Когда я приоткрыла сумку, по на миг показалось, что книга испускает слабое зеленоватое свечение. ""Ладно, быть такого не может!"" — даже глаза потёрла. Ну вот, всё нормально: книга как книга, только неожиданно тяжёлая и тёплая, словно живое существо.

А какие картинки! Человек, рисовавший их, был не просто талантлив, этой настоящий трубадур растительного мира, воспевший его при помощи живописи.

""Всё-таки женщина всегда остаётся женщиной, — подумалось мне, — западаем на яркие картинки, красивые обложки, а до содержания редко докапываемся!"" Опыт с моим бывшим послужил прям показательным примером. Бр-р-р, даже вспоминать не хотелось, ну разве что серые наглые глаза в опушке густых ресниц и нежные губы, сложенные в вечной полуухмылке, и кое-что ещё… Краска прилила к щекам от нахлынувших воспоминаний!

Андрей… моё проклятье, наркотик, больная привязанность. Ради него я была готова на всё, а он этим пользовался с надменностью и пресыщенностью настоящего повелителя жизни. Чего только стоил минет на колесе обозрения. Я, счастливая и летящая от того, что мой кавалер решил вывести меня на прогулку… и приказное: «Соси!», когда мы сели в закрытую кабинку. «Оближи головку!», «возьми его глубже!», «интенсивнее работай ротиком!» — его слова одновременно ранили и возбуждали. В конце он ласково потрепал меня по щеке: «Молодец, норматив сдала, смогла за один оборот доставить мне удовольствие!»

""Соберись, тряпка, ты и так потратила целый год на этого абьюзера — понапридумывают же слов! Называй вещи своими именами: мудак чистокровный, выставочный!"""

"А книжка тем временем сама собой захлопнулась, выскользнула из рук и с недовольным ""плюх"" упала на пол, словно обидевшись, что я про неё забыла. Мало мне кота, разыгрывающего голодную смерть всякий раз как в миске с едой виднелось дно, теперь ещё обидчивое печатное издание…

Права была продавщица: книга написана на странном языке: какой-то непонятный микс из арабской вязи и клинописи, но выглядит красиво и лаконично.