Потом, эта история повторилась у нас еще.

И еще. И еще. И еще.

Мы общались неделю, а потом он пропадал на месяц. Потом снова появлялся. Я никогда не спрашивала, что он делал этот месяц, а его никогда особо не интересовала моя жизнь.

С каждым разом все это выводило меня все сильнее и сильнее. Много раз я пыталась завести разговор о том, что происходит и прекратить эти ненормальные отношения. Но никогда не доводила это до конца.

Я понимала, что такие отношения не нормальны и этот узел нужно разрубить, переступить и пойти дальше разными дорогами.

Я любила, а он пользовался исключительно тогда, когда ему будет удобно. Я развешивала уши, а он складывал на них лапшу тоннами. И все это ради нескольких дней рядом с ним.

Я все понимала и ненавидела себя за эту неправильную любовь. Вот бы сразу родиться мудрым, тогда бы жизнь наверняка была бы совершенно другой.

Глава 4

Дима

Два месяца назад

Сегодня был явно не мой день.

Двадцать один год, а будильник так проверять с вечера и не научился. Сначала я проспал, потом не мог найти любимый свитер, который утянул младший брат, из-за этого встрял в глухую пробку, опоздал на консультацию к дипломному руководителю, даже соваться не стал — Доцент сожрет с потрохами и развернет обратно.

В студенческом кафе купил кофе — разлил на рубашку. Пока замывал пятно в туалете, наступил на жвачку, размазал ее по подошве.

Вышел на крыльцо — закурить нечем, пара в разгаре, никого нет, прикурить не у кого.

И я пошел, дошел до соседнего корпуса, оперся о подоконник на улице.

Можно предположить, что на меня нагадила птица, или я приземлился на пятно, ну, например, от шоколадного мороженого или кофе, а что, было бы эпично.

Но нет.

Я увидел ее. Она куда-то торопилась, наверное, так же, как и я опоздала на первую пару.

Ее волосы были распущены, и, кажется, в них запуталось летнее солнце, хотя на календаре была еще холодная зима. В них так и хотелось запустить руку, настоящая Русалка. Она спешила, а я видел ее как в замедленной съемке.

Целый мир замер, я будто бы смотрел на зарождающуюся в небе зарю над морской гладью, услышал запах моря, почувствовал, как мое сердце наполнилось теплом. Услышал крики чаек, мне захотелось вспорхнуть с ними в небо и подставить лицо дерзкому морскому ветру.

Я смотрел на момент, когда солнце приходит в этот день, потеснив темноту ночи с ее кошмарами. Рассвет приходил и приносил с собой свет и мир, который рождался в эту самую секунду.

Черт, кто бы мог подумать — я никогда не был романтиком, да и поэт во мне даже не родился, но сейчас мне хотелось глупо улыбаться, глядя на прекрасную девушку.