В Леарн мы въехали около семи вечера. Остановившись перед воротами своего нового дома, я мягко приземлилась при помощи магии на тротуар и распахнула ворота. Приказав Микки и Рикки ожидать в саду, быстро загнала карету в сарай, а Грона и Скира определила в конюшню. Заметив ползущего по стене дома паука, размером с кофейное блюдце, поманила его пальцем и подставила ладонь. Как только он перебрался на мою руку, я шепнула ему:

— Передай арахну, что я вернулась. И у нас новые жильцы. Не лезть, не пугать, — и посадила его обратно на стену, отпирая дверь, ведущую на кухню.

Паук шустро скрылся в доме.

Решив, что с книгами и прочим привезённым скарбом разберусь позднее, провела чертей прямиком в лабораторию, разожгла камин, а сама поднялась к себе, чтобы переодеться. Сменив дорожную одежду на простое домашнее платье, я спрятала оружие в специальный потайной шкаф в библиотеке, так удачно обнаруженный мной буквально перед самым отъездом в Хейерс. Единственное, над чем я не подумала, так это над одеждой. Надо будет к Герде сходить, наверняка сможет подобрать что-нибудь из готового, а пока придётся отдать пару своих рубашек Микки и Рикки.

Хотя ещё бриджи подойти должны. Как раз где-то пара должна заваляться…

Более-менее подобрав сменную одежду, я вернулась в лабораторию. Несмотря на то что никаких ограничений не озвучивала, оба чёрта стояли на том же месте, что я их оставила.

— Куртки, шапки, рубашки, обувь в камин!

— Хозяйка… — подал голос Микки, зажав в кулаке что-то вынутое из кармана.

— Госпожа Ри. И никак иначе, — поправила я рыжего. — Если у вас обоих есть личные ценные, памятные или необходимые вещи, можете сложить их на подоконник.

Потом заберёте.

Оба с тоской переглянулись и начали выкладывать из карманов свои «сокровища». Я тем временем убрала ширму, за которой находилась ванна и открутила оба вентиля подачи воды. Набрав достаточное количество воды, выложила на край мыло и две мочалки.

К тому моменту, как я повернулась, моё указание уже было выполнено, и оба стояли на каменном полу, переминаясь с ноги на ногу. Так, реакция на холод есть, уже хорошо. Увиденное, честно говоря, меня не порадовало, и я сильно пожалела, что не переломала Онфриду все конечности.

Нет, предположение, что с Рикки что-то не так и раньше возникало, но чтобы так… Его грудная клетка была сильно деформирована настолько, что рёбра были вогнуты внутрь, образовав сильную впадину. Теперь понятно, почему он так дышит и часто закашливается — дело не в простуде, он просто-напросто не может нормально дышать, а это означает, что не родился таким, а получил увечье гораздо позднее. И я сильно сомневаюсь, что Онфрид купил бы изначально больного раба.