Не помню, как оказалась на улице, придя в себя уже в саду. — Ночь, ну почему сейчас ночь? В бессильной злобе я стукнула кулаком в дверной косяк. Хрустнуло дерево, полетели щепки. Костяшки правой руки окрасились кровью, стекающей по разодранной коже. Но я даже не почувствовала боли. Выудив из портсигара папиросу, затянулась, прислонившись к разбитому косяку. Руки дрожали, ноги отказывались держать, к горлу подкатил комок, из-за чего дыхание сбивалось, в груди заныло сердце. Смерть. Сколько раз я видела смерть, но так и не смогла научиться спокойно наблюдать, как уходит жизнь.

Это только говорят, что боевые маги и ведьмы, чьи руки по локоть в крови, способны совершенно безэмоционально пережить чью-либо смерть. Неправда. Я видела и опытных боевых магов, и суровых инквизиторов, которые рыдали после очередной битвы, потеряв боевых друзей и сослуживцев, или топили свои эмоции в крепком алкоголе, или замыкались в себе на некоторое время. Каждый реагировал по-своему. Но то было военное время, а здесь мирная жизнь. Терять близких в обычной жизни ещё тяжелее. По моему лицу бежали горячие слёзы, обжигая щёки.  — Рина, выпусти меня! Отдай мне контроль над телом и мы вытащим твоего чертёнка, раз уж он так дорог тебе, — раздался в голове голос демона. — О какой сладкой скорбью ты вся пропиталась! — Нет! — Дай мне хоть немного свободы и мы отомстим за него! Ведь ты так же как и я жаждешь крови того ублюдка, который так поизмывался над твоим маленьким пажом! Рина, не глупи! Мы его найдём и воздадим по заслугам! Он будет молить о пощаде так же, как твой Рикки! — Нет!!!Я медленно втянула в себя ночной воздух и, призвав Тьму, со всей силы обрушила её на демона. От этих игр с собственной Силой меня качнуло, припечатав со всего маху к косяку. Оглушённый демон замолчал. Я по привычке распылила окурок и обвела взглядом розовые кусты и растущий чуть поодаль белый. В принципе, я ничем не рискую. Разве что частью себя. Но это уже не важно. Сейчас важно другое. Другой. И другие… — Прости, сад. Ты был хорош. Я отошла от порога, вскинула перед собой правую руку, и, распахнув свой второй резерв, начала медленно вести ею слева направо. Трава, кусты, деревья-всё, чего я ""касалась"" превращалось в серую пыль, которая оседала на голую землю. Я тянула из них Светлую Силу, я тянула из них саму жизнь. Вобрав в себя всё до остатка, я развернулась и быстрым шагом вернулась в лабораторию. Микки сидел в углу, обхватив руками голову, словно пытался выдрать себе волосы, и подвывая, покачивался взад-вперёд. Подняв на меня взгляд, он вздрогнул, увидев золотистые всполохи в моих глазах. — Вон! — приказала я и запечатала за унёсшимся под действием заклинания подчинения пажом двери. Плед полетел в сторону.