— Кто префект лагеря?

— Его здесь нет, — после небольшой паузы ответил один из старших офицеров, типичный римлянин, сравнительно молодой, лет двадцати. Трибун-латиклавий, судя по пурпурным полосам на тунике.

— Так найдите его! — рявкнул Черепанов. — И постройте легион! Бегом! Время пошло!

* * *Строился легион примерно так же, как выглядел. То есть пока командиры выгнали всех из бараков, прошло не меньше часа.

Выстроились.

К этому времени успели вернуться все, кого Аптус послал разведать, что да как в лагере. Информация была неутешительная.

— Едят пустую кашу, — сообщил один из опционов. — У счастливчиков нашлось немного рыбы. Бобов нет. Мяса нет. Даже чеснока нет. Зато нужники воняют так, что даже против ветра чуешь.

Тут он был прав. Пованивало изрядно. И от нужников, и от самой толпы… Язык не поворачивался назвать это войском.

— Термы есть, — доложил другой. — Хорошие термы. Но без воды.

— Оружия не хватает, — поведал третий. — Один меч на троих, одно копье — на двоих. Носят по очереди.

— Жалования им не платили почти год, — добавил четвертый. — Потому и еду им привозят такую, что собака жрать не станет.

— Ну и сброд, — прошептал Коршунов на ухо другу.

Тот только хмыкнул. Разрядил большую часть гнева на легата — и немного успокоился."

"— Слушай меня! — зычно, аж эхо прокатилось, рявкнул он. — Я думал: увижу здесь легионеров! И что? Вы — не легион! Вы — овечий помет, который следовало бы выгрести отсюда, разбросать по полям, а взамен прислать крепких новобранцев, из которых не надо будет вышибать палкой лень и дурь!

Человеческое наполнение Первого Парфянского недовольно заворчало. Коршунов даже забеспокоился: говнюков было несколько тысяч, а их — меньше двухсот. Но Генка крепко держал бразды правления.

— Следовало бы! — гаркнул он во всю мочь луженой глотки. — Но придется повременить! Потому что у меня нет этих новобранцев. Так что придется ковать железо из дерьма! То есть — из вас! И у меня для вас две новости: хорошая, очень хорошая и замечательная!

Гул тут же смолк. Заинтриговал их наместник.

— Начну с хорошей! — Геннадий сделал ораторскую паузу. — …У вас теперь новый легат! Вот он! — Вперед выступил Гонорий Плавт Аптус. — Этот герой командовал Восьмым Августовым легионом! И был личным другом императора Максимина!

— Это не тот ли Максимин, которого зарезали собственные легионеры? — раздался из строя третьей когорты гнусненький голос.

Гонорий Плавт побагровел:

— Кто сказал?! Выйти из строя?!

Естественно, никто не вышел.

«Интересно, как он вывернется?» — подумал Коршунов.

Аптус вывернулся по-аптусовски.