С верхнего этажа донеслись глухие удары. Медсестра Гаррисон вскочила:

– Это моя старая дама, мисс Бристоу. Она проснулась после дневного сна. Я должна пойти и успокоить ее перед тем, как ей принесут чай и я пойду на прогулку. Да, мосье Пуаро, я думаю, вы совершенно правы. Вскрытие уладит это дело раз и навсегда. Оно пресечет все эти ужасные слухи о бедном докторе Олдфилде, они заглохнут.

Она пожала ему руку и поспешно вышла из комнаты.

VЭркюль Пуаро дошел до почты и позвонил в Лондон.

Голос на другом конце провода звучал раздраженно:

– Разве вам необходимо все это разнюхивать, мой дорогой Пуаро? Вы уверены, что это наш случай? Вы знаете, чего обычно стоят все эти деревенские сплетни – просто ничего не стоят!

– Это случай особый, – ответил Эркюль Пуаро.

– Ну, если вы так говорите... У вас такая утомительная привычка всегда оказываться правым. Но если все это яйца выеденного не стоит, мы будем вами недовольны, вы же понимаете.

Эркюль Пуаро улыбнулся про себя и тихо ответил:

– Зато я буду доволен.

– Что вы сказали? Я не расслышал.

– Ничего. Абсолютно ничего.

И сыщик положил трубку.

Войдя в помещение почтового отделения, он перегнулся через прилавок и сказал своим самым любезным тоном:

– Вы случайно не могли бы сказать мне, мадам, где теперь живет служанка, которая раньше работала у доктора Олдфилда; ее зовут Беатрис..."

"– Беатрис Кинг? Она с тех пор сменила два места. Сейчас она служит у миссис Марли, за банком.

Пуаро поблагодарил ее, купил две открытки, блок марок и изделие местной гончарной мастерской. Делая эти покупки, он завел разговор о смерти покойной миссис Олдфилд. И успел заметить странное выражение, промелькнувшее на лице сотрудницы почты.

– Внезапная смерть, правда? – сказала она. – О ней ходит много слухов, как вы, наверное, слышали... – В ее глазах зажглось любопытство. – Может быть, вы поэтому хотите увидеться с Беатрис Кинг? Нам всем показалось странным то, как внезапно ее уволили оттуда. Кое-кто думает, что она кое-что знала, – и, возможно, она знала. Она несколько раз прозрачно намекала на это...

Беатрис Кинг оказалась низкорослой, пронырливой на вид девицей с аденоидами. Она притворялась очень тупой, но ее глаза свидетельствовали о большем уме, чем она хотела показать своим поведением. Однако казалось, что из Беатрис Кинг ничего выудить не удастся.

– Я ничего не знаю... – повторяла она. – Не мне говорить о том, что там происходило... я не знаю, что вы имеете в виду, когда говорите о подслушанном разговоре между доктором и мисс Монкрифф. Я не из тех, кто подслушивает под дверью, и вы не имеете права утверждать это. Я ничего не знаю.

– Вы когда-нибудь слышали об отравлении мышьяком?

На надутом лице девушки быстро промелькнул интерес.

– Значит, вот что было в той бутылочке с лекарством...