Разомкнуть губы и выдавить почтительное на грани равнодушия приветствие не получалось – внутри все бушевало от эмоций. Я часто и глубоко дышала, лишь краем сознания понимая, что наставник может вот-вот увидеть мою реакцию.

– Магистр Дерус, – лорд Вестон и не смотрел в мою сторону, – скоро придут маги, вас ждут со всеми документами в кабинете у секретаря герольдмейстера. За вашей подопечной я присмотрю.

Наставник легко согласился меня оставить и покинул комнату, даже не обернувшись. Что определенно можно было счесть за везение: в противном случае магистр рисковал узреть сумасшедший вид и без того проблемной ученицы, а еще заподозрить наличие непозволительных чувств между магом жизни и менталистом и возможно донести об этом королю.

– Мари! – лорд Вестон размашистым шагом подошел ко мне и заключил в объятия.

Я таяла под градом поцелуев, что осыпали все мое лицо ото лба до подбородка, и, кажется, роняла слезы.

– Лорд Вестон, – шептала я и цеплялась пальцами за его такой красивый мундир.

– Дрейк, лорд Дрейк, – потребовал Его Светлость и приподнял мое лицо за подбородок. – Не плачь, Мари, – он вытер мои слезы большими пальцами, и ткань его перчаток послушно впитала соленую влагу.

– Я не плачу, они сами льются, – жаловалась я.

– Сейчас мы их остановим, – пообещал лорд и приник к моим губам.

Нежный поцелуй действительно вытеснил все печальные мысли, накрыл с головой, укутав в туман ощущений. Губы лорд-канцлера дарили тепло и надежду, а руки крепко прижимали к большому твердому телу. В его объятиях я позабыла обо всем: о трудностях, ожидающих впереди, о невозможности быть вместе прямо здесь и сейчас, об очередной скорой разлуке… Я со всем желанием отвечала Его Светлости, и в этом запретном, вырванном украдкой поцелуе для меня заключалась сама жизнь.

– Сейчас сюда придут, – лорд-канцлер разорвал тягучий поцелуй, подарил еще один короткий и принялся поправлять оборки на моем платье.

А я совершенно перестала соображать. Смотрела на его руки, и ни единой мысли не бродило в моей голове. Лорд-канцлер усадил меня на один из стульев, критически осмотрел и отошел к противоположной стене, сделав вид, что чрезвычайно увлечен натюрмортом. Мне бы его актерские способности! Думаю, я сидела с дебиловатым взглядом, напоминая выражением лица умственно отсталую.

Во всяком случае, вошедший Андрэ смотрел с неудовольствием и долей сочувствия. Уж кого-кого, а брата жалкий спектакль не обманул – из меня та еще лицедейка.

Глава 5

– Мари, – тем не менее, тепло улыбнулся он. Я поднялась и упала в объятия брата, радуясь возможности хоть ненадолго скрыть свое лицо и все, что на нем написано. – Что вы делаете тут вдвоем? – теперь уже в вопросе отчетливо звучали осуждающие нотки.