Магистр открыл застежку, снял браслет цвета воронова крыла, а потом одну свою руку положил на прямоугольный ящик, к которому тянулись провода от прищепок, а вторую – поднес к растению. Глаза наставника загорелись знакомым лунно-белым цветом, а я вдруг почувствовала щекотку. Она шла откуда-то от центра груди к кончикам пальцев левой руки. Ровно той же, которой магистр Дерус почти касался куста. Удивительное, теплое и такое правильное ощущение! Я чувствовала силу, идущую через меня, я чувствовала, а заодно и видела собственными глазами, как та самая энергия жизни напитывает почти зачахшее растение, тонкое, едва заметное марево, окружавшее иссохшие ветки, становится толще и плотнее, а внутри них начинают струиться потоки.

Глава 4

Прямо на моих глазах, как будто из ниоткуда, набухли весенние почки, распустились зелеными розочками, явив свежую светло-салатовую листву. Вылезли и распустились метелки с мелкими лиловыми цветками, похожими на маленькие звездочки. Характерный аромат поплыл по воздуху, заставив зажмурить глаза от удовольствия.

– Нет, сейчас не время, – покачал наставник головой, и прекрасные цветы скукожились, побурели, опали прямиком на деревянный пол аудитории.

Вместо них появились коробочки с семенами, мясистые темно-зеленые овалы, напоминающие жуков-бронзовок.

– Целители убирают причину и восстанавливают организм, нам же этого делать не нужно, – комментировал свои действия магистр, а я к собственному восторгу чувствовала, непрерывный поток энергии, что творил это чудо. – Магия жизни буквально выжигает собой любую хворь.

Остановился маг, только лишь когда листва на кусте кое-где повяла и начала подсыхать, что в точности соответствовало состоянию куста для начала осени.

Я с легкостью прочувствовала тот момент, в который магия перестала течь внутри меня, и смешное ощущение щекотки прошло.

– Ну как? – хитро смотрел наставник.

– Потрясающе! – восхищенно призналась я. – Я теперь вижу эту энергию, про которую нам рассказывали на лекции! – я переводила взгляд с магистра, плотно окруженного коконом, на фиолу, вокруг которой энергия мерцала, на парты, по которым стелился едва заметный, местами рваный туманный налет.

– Скоро ты настолько к этому привыкнешь, что перестанешь замечать в обычной жизни.

– И даже в деревянных столешницах парт теплится жизнь. Невероятно! – никак не могла успокоиться я.

– Ты видишь и это? – вскинул на меня взгляд магистр, который принялся отцеплять от меня прищепки. – Это говорит о том, что уровень твоей магии действительно очень высокий. Не многие способны вернуть давно почившие предметы к жизни.

– То есть как это? – села я на кушетке.