Я вспомнила сцену в доме ее сестры, и данное предположение показалось мне весьма сомнительным, но, чтобы не огорчать ее, я кивнула.

Простившись с Ириной Константиновной, мы с Сашкой пешком отправились домой. По дороге я излагала ему свои соображения.

— Занятная история, пес. Скажи-ка на милость, зачем женщине выдавать чужого человека за свою племянницу? Ирина Константиновна утверждает, что ее сестру шантажируют, однако повод для шантажа назвать не может. Допустим, Нина действительно заботится о добром имени супруга, но держать в доме шантажистку ни к чему. К тому же я не заметила, чтобы девушка вызывала у нее неприязнь, хотя Нина может быть хорошей актрисой. Если Юля все-таки дочь Зотова, поведение Нины тоже ничего не объясняет. Возможно, действительно есть некое завещание? Чепуха. Об этом стало бы известно, хотя… — Сашка удалился от меня на почтительное расстояние, стало ясно: его чужие проблемы не занимают.

* * *Утром следующего дня, проводив Деда на работу, я вышла погулять с Сашкой, и тут у меня зазвонил мобильный. Звонил Артем, заговорил с большой печалью, что не предвещало ничего хорошего.

— Ты где? — спросил он.

— В парке, — ответила я.

— Везет же некоторым. А я на свалке.

— Ты там по собственной инициативе или отправил кто?

— По собственной, — проворчал он. — Приезжай.

— На свалку? — ужаснулась я.

— Ну, не одному мне страдать. Это возле элеватора, свернешь налево и увидишь ограждение из бетонных плит. Вот примерно там я тебя и буду ждать.

Сашка недовольно косился, прогулку пришлось прервать. Дабы хоть как-то компенсировать нанесенную ему обиду, я решила взять его с собой, хотя вряд ли свалка подходящее место для такой выдающейся собаки. Сообразив, что он едет со мной и сидение в квартире в одиночестве отменяется, пес устроился на переднем кресле машины и хитро посмотрел на меня. Мол, прежние времена возвращаются, и мы снова начинаем рыскать по городу и совать носы туда, куда не просят.

Я свернула не на том светофоре и в результате вместо элеватора оказалась возле кирпичного завода, пришлось возвращаться, затем трястись по разбитой дороге, прежде чем я обнаружила нужный поворот. Вокруг тянулись бесконечные строения неизвестного назначения, чем здесь народ занят, оставалось лишь гадать. Я обогнала два служебных автобуса, битком набитых людьми, любопытство от этого лишь усилилось. Внезапно строения и заборы кончились, вдали маячил лесок, а вокруг раскинулось поле, изрядно захламленное, через него вела проселочная дорога к стене из бетонных плит, как и обещал Вешняков. Стена выглядела странно: шесть пролетов, поставленных без всякой цели, потому что, как я уже сказала, вокруг ничего не было, то есть выходило, что забор здесь без надобности.