Больше ничего, если не считать слоя пыли на полу и мебели.

— Посмотри, — позвал Максим. — Вроде кровь.

Я повернулась, он сидел на корточках перед умывальником, Сергей склонился к нему и кивнул.

— Похоже, кто-то руки мыл… Так… Ольга Сергеевна, оставайтесь здесь, а мы все еще раз хорошенько осмотрим."

"Но идти никуда не пришлось. Максим обратил внимание на лаз в подпол, как раз под обеденным столом на кухне. Мужчины отодвинули стол, подняли крышку, мы заглянули в яму, вниз вела лестница, больше в темноте ничего разглядеть было невозможно.

— У меня фонарик в машине, — сказал Сергей.

Он собрался уходить, когда Максим его остановил.

— Подожди, здесь свет есть, лампочку видишь?

Лампочку я разглядела, а вслед за этим и шнур, который тянулся вдоль плинтуса к розетке над столом. Максим вставил вилку в розетку, и вспыхнул свет.

Сергей первым спустился вниз, чертыхнулся и буркнул:

— Ну вот, мы опять с работой.

— Что там? — свесив голову вниз, спросил Максим.

— Спускайся. А вам, Ольга Сергеевна, не стоит.

Но я внимать его словам не стала и вслед за Максимом спустилась вниз.

Здесь можно было стоять в полный рост, подпол шел под всем домом, разделенный кирпичными столбами-подпорками, из-за них я поначалу ничего и не увидела. Сергей продвинулся вперед и наклонился, что-то разглядывая на полу. Я преодолела расстояние до столба одновременно с Максимом и увидела мужчину, в джинсах и голубой рубашке. Он лежал лицом вниз, раскинув руки, из спины торчала рукоятка кухонного ножа. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: перед нами труп. Сергей шагнул вправо и вновь выругался. Я обошла его и тогда увидела Лену Зотову.

Свет лампочки еле доходил сюда, и в сумраке, увидев лицо девушки, я поначалу решила, что она тоже мертва. Руки у нее были связаны веревкой, пропущенной вокруг балки, рот залеплен скотчем. На ней была лишь легкая кофточка, задранная к самой шее, юбка и босоножки валялись тут же. Ноги девушки оказались разведены в стороны и привязаны к вбитым в землю колышкам.

— Вот сволочь, — пробормотал Сергей, Максим отвернулся, хотя много всего успел повидать, работая в убойном отделе, и слабонервным точно не был.

 — Подожди, — заволновался Сергей. — Девчонка-то вроде жива. — Он сорвал с губ девушки скотч, и мы услышали слабый стон. — Макс, ""Скорую"", черт, здесь мобильный не берет.

Я быстро осмотрела Лену, синяки, ссадины, но серьезных ран нет, хотя она и без сознания.

— Вытащите ее отсюда, — попросила я. — У нее скорее всего шок.

— И обезвоживание, — подсказал Максим. — Неизвестно, сколько времени она так пролежала.

Позвонить мы смогли, только когда выехали на шоссе.