Я, как завороженная, принялась расстегивать пуговицы простенького платьишка Наташи Риммель, но вдруг сообразила, что дверь открыта нараспашку. Хозяйка уловила мой взгляд.

— Не бойтесь, Леопольд сюда не войдет. Он вообще предпочитает не мешать, когда у меня клиентки.

Так-то так, но мне было слегка не по себе. Правда, опасения мои оказались напрасными. Нас действительно никто не потревожил. Дешевое платьишко легло на диван, и я осталась в нижней сорочке. Чудо-мастерица придержала мне новый наряд. Я осторожно вдела ладони в узкие рукава. Влезла в платье целиком и поняла, что мадам Бабетта ничуть не лукавила.

Наряд был пошит по мне тютелька-в-тютельку. Только с длиной портниха промахнулась на пол-ладошки.

Проворные пальцы застегнули на моей спине пуговки. Меня повели к зеркалу. И я окончательно обомлела. Если и раньше Наташа Риммель была хорошенькой, то сейчас превратилась в писанную красавицу. Огромные глаза сияли, как два топаза. На щеках появился нежный румянец. Синий цвет мне был мне очень к лицу.

— Красавица, — искренне заявила портниха.

Я провела ладонями по нежной ткани и спросила со страхом:

— А сколько оно стоит?

* * *Мадам Бабетта вздохнула.

— Я собиралась выручить за него куда больше, но покупателя найти не смогла. Вам, Наташа, отдам почти за даром.

— Сколько? — переспросила я.

— Десять серебряных.

Я собралась было возразить, но потом вспомнила цены на модные наряды из документов земных архивов и чуть устыдилась. Платье было чудесным. Руки у мастерицы золотые. Мне стало неловко от мысли, сколько труда вложено в этот наряд.

Мадам Бабетта заметила мои сомнения и поспешила пояснить:

— Дешевле не смогу отдать.

— Не нужно, — остановила я. — Я возьму. Но мне все равно понадобится платье попроще. На каждый день. Только денег у меня совсем мало.

Мадам Бабетта с облегчением заулыбалась.

— Это ничего, что мало. Я вам из ваших тканей такую красоту сошью. Совсем недорого. За два солера. А теперь давайте снимать, моя дорогая. Я чуть удлиню платье. Ближе к вечеру сможете его забрать."

"Она расстегнула пуговицы, я вынырнула из наряда и осторожно надела свое. Было жаль расставаться с этой изысканной красотой.

Мы вновь вернулись в холл. Я отсчитала десять монет. Добавила еще две и придвинула к портнихе саквояж.

— Непременно сегодня вечером приходите забирать, дорогая, — вновь напомнила женщина.

— Приду.

* * *По пути домой я заглянула в «Сладкий пончик» и купила хлеба. Еще горячего и невероятно душистого. Потом не сдержалась и выпросила у Марты бутылку молока.

В лавку вернулась совершенно счастливая. Повернула табличку на двери и устроилась на кухне с молоком и хрустящей корочкой.