Значит, вы и мой внук были в доме одни, и вы пекли пирожные, а он читал вам?

— Да, — сказала она, бросая на него загадочный взгляд, — а я чего-то не знаю? Я нарушила правила Юга? Сара все твердит мне, что я янки.

— Нет, — мягко заверил ее доктор Дэйв, — вы не сделали ничего плохого. Но я никогда не видел своего внука таким… Он такой потерянный.

— Потерянный? — переспросила Джос. — Он женат.

Доктору Дэйву потребовалось время, чтобы снять с коробки крышку, под которой оказался чудесный шоколадный торт.

— Вы не хотите услышать правду о женитьбе Люка?

— Это не мое дело, — твердо сказала Джос.

 — Я понимаю, что моя реакция была чрезмерной, и, учитывая состояние моего сада, мне нужно было придержать язык, но в последние месяцы меня столько раз предавали, что выдержать это трудно… — Она вздохнула. — Как бы то ни было, у вас нет желания стричь лужайки? Мы платим пирожными.

— Нет, — улыбнулся доктор Дэйв и протянул ей тарелку с тремя тоненькими кусочками шоколадного торта. — Может быть, это успокоит вас? А я тем временем расскажу о женитьбе внука.

— А он знает, что вы рассказываете его историю людям? Ну, я слушаю.

— Люк жил и работал в… — Доктор Дэйв сделал неопределенный жест. — На севере. Не имеет значения. Он встретил там высокую, стройную, хорошенькую официантку. Шесть недель спустя она сказала ему, что беременна. Старая история, правда?

— Старее не бывает, — кивнула Джоселин.

— Но дело в том, что мой внук — Люк Хороший, Люк Благородный. Он женился на ней. Он сказал мне, что она ему нравится, а любовь придет потом. Важно то, сказал Люк, что он не собирается бросать ребенка, которого она носит.

Доктор Дэйв посмотрел на свою тарелку.

— Я был единственным, кто предложил ему подождать, а потом сделать тест на отцовство. — Он взглянул на Джоселин. — Люк после этого предложения почти вычеркнул меня из своей жизни. Я отшучивался, но переживал.

Он глубоко вздохнул.

— В общем, после свадьбы они провели в Нью-Йорке медовый месяц. Так хотела Ингрид, а Люк готов был сделать все ради женщины, которая носит его ребенка. В первый же день какой-то фотограф дал ей свою визитку и попросил прийти на фотосессию. Ингрид подумала, что это просто шутка, но Люк, который слышал об этом фотографе, настоял, чтобы она пошла.

И разумеется, пошел вместе с ней.

Доктор Дэйв откусил кусочек торта.

— Фотографии получились что надо, и фотограф попросил разрешения показать их кое-кому, поэтому Люк и Ингрид решили задержаться в Нью-Йорке еще на две недели. Чтобы не испытывать ваше терпение, скажу, что Ингрид имела большой успех. Вы знаете, как это бывает…

— Я знаю об этом мире больше, чем хотела бы, — сказала Джос.

— Люку надо было возвращаться на работу, но Ингрид уговорила его остаться с ней.