Разговорившись, Аршак пожаловался на своего нерадивого сына, которого пару минут назад он ругал за медлительность. Оказалось, что его тоже зовут Аршак. С фантазией у папаши, видимо, не очень. Взглянув внимательнее на предмет нашего разговора, я начал глупо улыбаться. Это Алладин. Тот самый Алладин из мультика – черные, как смоль волосы; огромные глазища; нос горбинкой и обаятельная улыбка. Улыбался он украдкой, думая, что его не видно. А предметом его улыбки была моя старушка Эстрид. То ли он понял, кто скрывается за капюшоном, то ли он просто дурачок. На последнее не стоит рассчитывать, так как его папаня утверждает, что сынишка умный вырос, но ленивый.

Аршак-джуниор, наверное, услышал последнее замечание отца, потому, как сделал потупленное выражение моськи и скромно опустил глаза.

Если этот парень действительно умен и догадался про Эсу, то надо что-то делать.

Иногда у меня бывают мысли, которые заставляют смеяться любого разумного, так как в нормальную голову такой бред не придет. А иногда, к сожалению намного реже, чем хотелось бы, приходят мысли противоположного толка. Не знаю, что на меня нашло из изложенных видов дум, но озарило меня тут же.

– Дорогой мой друг Аршак, – купец напрягся от обращения, – у меня есть предложение к тебе. Мне нужен помощник, который научит меня счету и расскажет мне подробности жизни в Византии. Возможно, я и туда направлюсь.

– Услуга счетовода и рассказчика дорогой стоит цена, – с лету схватил он мою мысль.

Мы торговались минут десять. В какой-то момент мне захотелось его даже стукнуть тростью Эсы. Этот жадюга хотел аж два золотых в месяц за то, что Аршак-младший будет путешествовать со мной и болтать о Византии.

Два золотых – это добротный дом в Хольмграде. Да за эту сумму можно десяток варягов нанять на недельку. Мы с огромным трудом договорились на пятидесяти серебряных в месяц, но с условием, что мелкий Алладин сейчас же собирает вещи и идет со мной. Нужно было быстрее выяснить у Джуниора, как он умудрился распознать Эсу. Этим действием я убивал двух зайцев сразу. Во-первых, устранял свидетеля, который раскрыл моего Штирлица-Эсу, а во-вторых, у меня появится источник информации о жизни в Византии, его нынешних обычаях и законах.

Я потянулся за монетами, но купец меня остановил. Он попросил отдавать плату за услугу лично сыну в конце месяца, а если его услуги понадобятся на больший срок, то о цене на следующий месяц пусть торгуется младший Аршак. Я даже зауважал купца. Сложилось впечатление, что отец продает сына, а оказалось не так. Купец дает возможность заработать сыну непосредственно своими мозгами, при этом, ремесло торгаша ему тоже нужно будет выучить, раз есть возможность продлить наш договор.