Было заметно, что он хочет сказать что-то неприятное и не решается говорить об этом.

– Князь, говори как есть, – подтолкнул я его к сути.

– Дело в Эстрид, – он посмотрел мне в глаза, – я же с твоим отцом тоже за спиной дочери договорился о браке. Ты и Милена были против брака, а оно вон как вышло в итоге.

– Это другое…

– Тебе откуда знать, другое это или нет? Боги сами решают судьбу своих детей.

– Князь, я от своих слов никогда не откажусь. Эстрид – мой друг. Более того, знай, что она принесла мне личную клятву верности. И кроме меня никто не может владеть ее судьбой.

– Не гневи Богов такими словами…

– Эса, – я чуть поднял голос, – не будет отдана хазарам в обмен на их расположение.

Ходот недовольно смотрел на меня. Его можно понять. Здесь и сейчас можно решить исход противостояния с хазарским войском. Если бы Эсу отдали, то войско просто ушло бы. Сейчас же – придется воевать. А как воевать, если тут армии нет? Горстка дружинников и ополченцы – обычные мужики-охотники. Когда придет дядя – не ясно, а воевать хазары будут сейчас.

– Князь, я что-нибудь придумаю, – я старался говорить максимально убедительно, – а сейчас давай закроем этот вопрос.

Ходот кивнул и мы направились к девушкам, а после – зашли в здание детинца. Пока Эса вкратце пересказывала Милене и Рогнеде результаты похода на Смоленск, я послал служку за Аршаком. Тот появился быстро и вежливо поздравил Эсу с успешным походом. Джуниор вошел как раз в момент описания воительницей церемонии вступления на княжество Радомыслом. Эса специально для Аршака повторила момент о благополучном избрании дяди князем всеми торговцами. Тот понял, что с отцом все в порядке и расслабился.

Пообщавшись еще немного, я позвал Эсу и Аршака во внутренний двор детинца. Напрашивающаяся с нами Милена, была вежливо направлена обратно."

"Мы втроем уселись в углу конюшни. Я обрисовал сложившуюся ситуацию с количеством обороняющихся и количеством атакующих сил. Эса предположила, что если бек не повел войско в атаку сейчас, то он это сделает на рассвете. Я был того же мнения. Аршака посвятили в особенностях взаимоотношении кагана и Эстрид. Он не особо удивился, видимо, стереотип Эсы, как бунтарки у него устойчив. Джуниор, как единственный из нас, кто разбирается в традициях каганата, сказал, что хазары не упустят возможности истребовать дань.

По его мнению, титул бека разрешает воевать с мелкими соседями. Он подтвердил, что, если Манассия сможет привести к кагану Эсу, как виновницу его посрамленной чести, а также дань с двух племен – вятичей и кривичей, то каган его не только простит за риск, но и наградит сверх меры.

Мы сидели и думали о тупиковой ситуации и не могли придумать ничего, что позволило бы отбиться от врага до прихода дяди.