Достигнув школьного возраста, мальчишки уже не водились с девочками, а находили отдельную лужайку, где можно было играть в шарики, крутить волчки или пинать старую жестянку, заменявшую футбольный мяч. Или же охотились, стреляя из рогаток в птиц, обитавших в живой изгороди, лазали по деревьям, искали птичьи гнезда, грибы и каштаны, в зависимости от сезона.

Поиск гнезд был занятием жестоким, ведь из каждого найденного гнезда не только вынимали все яйца, но сами гнезда разоряли, а подстилку из мягкого мха и перьев разбрасывали по траве и кустам.

– О боже! Что должна была почувствовать бедная птичка, увидав это! – восклицала Лора, становясь свидетельницей самого печального из всех печальных зрелищ, как ей казалось, и однажды даже осмелилась сделать замечание нескольким безобразникам, которых застала за этим занятием. Они лишь рассмеялись и отпихнули ее. Сама мысль о том, что такое маленькое существо, как зяблик, может что-то чувствовать, представлялась им нелепой. Мальчишки мечтали о прекрасной длинной нитке с нанизанными на нее яичными скорлупками, голубыми в крапинку и жемчужно-белыми, которую надеялись собрать и повесить дома для украшения.

Они заставляли своих матерей взбивать крошечные белки и желтки, вытекавшие из разбитых яиц, и добавлять им в чай, точно деликатес, а матери радовались и восхищались тем, какие у них добрые, заботливые сыновья, ибо они, как и их сыновья, не принимали во внимание точку зрения птиц.

Ни один представитель власти не сообщил им, что массовое разорение птичьих гнезд жестоко. Даже священник, наведываясь в коттеджи, восхищался коллекциями скорлупок и иногда снисходил до того, чтобы принять редкий экземпляр в дар.

Сельские жители тех времен, хотя и не проявляли особой жестокости к животным, были безразличны к их страданиям. «Где нет разумения, нет и чувств», – замечали они, когда случайно или по неосторожности причиняли боль какому-нибудь существу. Под разумением они понимали чисто человеческое качество.

Несколько птиц считались священными. Ни один мальчик не стал бы разорять гнездо малиновки или крапивника; не покусились бы они и на ласточкино гнездо, если бы могли до него добраться, ведь они верили, что

Крапивник и малиновкаГоспода друзья.

Святую Божью ласточкуОбижать нельзя.Этим птичкам нападения не грозили. Жестокость мальчишек по отношению к другим птицам и некоторым животным объяснялась не жестокосердием, а совершенным отсутствием воображения. Когда чуть позднее сельских мальчиков в школе начали учить проявлять милосердие к животным и особенно к птицам, общим правилом стало забирать лишь одно яйцо из кладки.