Да, жарко сегодня будет. В оба нужно глядеть. Иначе не дожить до рассвета...

Никто не пытался примирить две враждующие толпы. Поэтому две волны с ходу схлестнулись в жестоком сражении.

Ролан едва успел увернуться от летящего в голову прута с острым концом. И тут же ответный удар. Клин против клина... Периферийным зрением уловил опускающуюся на голову арматурину. Резкий и своевременный уход в сторону. Снова ответный удар...

А вот и Базар. Так и есть, ударил со спины. Падла. И если бы Ролан не ждал подвоха с его стороны, он бы точно получил заточку под нижнее левое ребро. А так острие лишь легонько чиркнуло его по руке.

Той же рукой, согнутой в локте, Ролан ударил провалившегося вперед противника в шею. И вдогон, изо всех сил, рубанул стальным прутом по голове. Он не хотел больше иметь дел с Пашей. Поэтому бил наверняка...

– Круто ты его, братуха! – как сумасшедший заорал Васек.

И полез обниматься."

"Странный какой-то ход. Вокруг бойня, а он к Ролану бросается. Вроде бы братва всех «быков» разобрала. Все вражеские бойцы уже имеют с кем-то дело. Но все равно странно... Для кого-то странно. Но не для Ролана... Случай с Сазаном многому его научил.

Одной рукой Васек попытался ухватить его за шею – типа братские объятия. А другую опустил на уровень живота. И «жало» в этой руке. В печень, гад, метит...

Ролан перехватил вражью руку, выкрутил ее за спину. Из положения сзади взял Васька на удушающий прием.

– Ах ты, иуда, гнусь! – заорал он.

– Не... надо... – захрипел подлец.

– Кто, Волок?!

– Да...

Ролан запросто мог задушить наемника. Но не стал этого делать. Прутом выбил из него сознание, уложил рядом с бездыханным Базаром. И снова врезался в гущу сражения...

Поле боя осталось за воровскими бойцами.

Не выдержавший натиска враг позорно ретировался. На земле осталось лежать больше десятка тел – кто-то убит, кто-то тяжело ранен... Но победители не обращали на них внимания. Они гнались за отступающими «быками», настигали их, добивали. Победа должна быть полной.

Ролан ни за кем не гнался. Под самый занавес баталии кто-то из вражеской «пехоты» умудрился загнать ему заостренный прут в ногу. Кровь он остановил. Но бежать не мог.

Разумеется, смотрящий Вертлюг наблюдал за побоищем. Сам участия не принимал – годы уже не те. Да и не могла братва остаться без головы.

Охрим рядом с ним.

– Тихон, что там у тебя? – спросил угловой.

Он спрашивал про рану в ноге. А Ролан показал ему на Васька.

– Вот, среди нас был. А на меня с пикой кинулся...

– Как так? – нахмурился Вертлюг.

Лет сорок ему. Типичный «синяк»: расписан тушью с головы до ног. Три ходки, авторитет. Но законным вором так и не стал. Может, косяки какие... Но после случившегося его точно коронуют. Не здесь, так на крытке...

– Долгая история... В общем, купили его. Меня кончить должен был...