А уж про «сплоченность» нашей команды и говорить нечего! Что же за день такой неудачный?

Вслед за силовиками в комнату ворвался и Солд:

— Что это, черная дыра вас поглоти, было?

— Ветрова раззадорила парней на драку, товарищ лейтенант, — доложила Круек.

— Ветрова, — с непередаваемым чувством произнес Солд, — объяснись.

— Не могу знать, почему так вышло, товарищ лейтенант.

— Явишься на отработку после отбоя в рабочей форме одежды! Круек — о наказании узнаешь у своего куратора! А теперь вон отсюда обе!

Оскорбленная неверием апранка порывисто вышла в коридор, а я осталась на месте.

Что я такого сделала, за что меня следует наказывать? Позволила себе не оплошать на парах? Отчитала Экри за трусость? Что это за справедливость такая извращенная? Я считала себя по натуре покладистой, но в данный момент от обиды у меня ум зашел за разум:

— Товарищ лейтенант, ни я, ни Круек, ни Ридис к драке отношения не имеем, и отрабатывать не обязаны.

Сначала последовала опасная пауза, а потом у Солда задергалось правое веко.

— Десять отжиманий!

— Товарищ лейтенант, я настаиваю: ни Круек, ни Ридис, ни я отрабатывать не обязаны!

— Двадцать отжиманий!

— Товарищ лейтенант, это несправедливо!

— Тридцать!

Я была готова продолжать спорить, но разум, наконец, взял верх над чувствами, и я приняла позу для отжиманий.

Один, два, три… Солд, зараза, не все мои отжимания засчитал, и отстал только, когда я бухнулась на пол в изнеможении.

— Встать.

Я поднялась, поправила трясущимися руками галстук и свирепо взглянула на лейтенанта. В этот момент он мне не то, что нравился, я его почти ненавидела!

— Вон!

Вечером, перед отработкой, я встретилась с командой.

Круек стояла с каменным лицом, Экри дулся, Тулл бросал нехорошие взгляды на Экри, и только мы с Ридисом нейтрально глазели на кураторов силовиков, связистов и разведчиков. Каждый высказался о том, что команда — это одно целое, семья, и драться с членами семьи — это ниже достоинства горундского гражданина. Влетело всем. Мне и Экри — за провокацию, Ридису — за неправильное вмешательство, Туллу — за драку. Но больше всего пропесочили апранку за то, что она, как капитан команды, ничего не предприняла. Кураторы отняли у нас право на посещение родственниками в академии и лишили трех дней отдыха будущего увольнения. "

"Затем кураторы увели подопечных отрабатывать проступок.

Нас Солд заставил убираться. За три часа уборки мы не перемолвились и словом, и сильно устали. Таскать мешки, разбирать уборочных роботов, чистить их своеобразные уборочные детали, смазывать, крепить, наполнять очистителями, потом браться за следующие оказалось не так-то легко… Но, несмотря на усталость, мне стало легче, и я перестала грузить голову мыслями о несправедливости.