Подавай ему стопроцентную центаврианку. Вот Милу и отбрила его.

— А он ее потому гибридом назвал?

— Да. Все на моих глазах было. Так что ты, Настя, при Малейве об этом ни слова. Не любят старшие все эти щекотливые ситуации. Хочешь Ли удержать? Так показывай ему, какой он совершенный. Делай так, как будто он всегда прав и никогда не ошибается, как будто мир живет по его законам. Для цента нет большего счастья, чем держать все под контролем.

Бармен, краем уха слушающий наш разговор, кивнул, соглашаясь. А Орин, решительно отставив еще не осушенный стакан с алкоголем, начала прихорашиваться.

«Кажется, ты многое знаешь о старших. Так поделись знаниями со мной».

— Мне страшно. Кажется, что я все сделаю не так. Не смогу угодить, — забросила я удочку.

— Это нормально, — ответила Орин. — Старшие бывают очень милы и великодушны, если ты оправдываешь их ожидания. Но если ненароком затронешь их чувства…

Бармен не удержался, и, чтобы угодить рыжей прелестнице, закончил:

— Лучше сразу застрелись!

Время, выделенное для «сбора информации», подошло к концу. Лэнг увел куда-то Орин, а я вышла из клуба, держась за руку Малейва.

«Хоть бы все, — взмолилась я. — Хоть бы сейчас все разошлись, и Ли отвез меня домой».

Конечно же, он не мог отпустить меня, прежде не наказав за утреннюю вольность. Я начала по-настоящему бояться, когда нас догнал Инг. Его ледяные глаза поменяли выражение, я теперь я видела в них кое-что нехорошее. Он даже не пытался больше казаться любезным, и ел меня глазами. Встречаться с ним взглядом не хотелось, поэтому я все больше смотрела по сторонам, на свои туфли, на руки.

— Думаешь? — спросил Инг.

— Конечно.

— Не уверен.

— Проверь.

«Что происходит?»

Малейв отцепил меня от себя, как надоевшее украшение."

"— Куда ты? — спросила я, намереваясь следовать за ним, но другой центаврианин преградил мне путь. Ли, зараза быстроногая, точно испарился в толпе. Я осталась наедине с незнакомым мужчиной, со старшим, с центаврианином. И ведь сама всю эту кашу заварила!

«Ладно, Нина, все порой делают глупости. Будь умницей, доиграй партию».

— Слышал, у тебя проблемы со свидетельством полезности, — заявил Инг. — Я могу помочь.

— У меня нет никаких проблем…

— Это можно исправить.

Хоть рядом и были люди, я знала, что полагаться на них нельзя, и выходить из своей роли — тоже. Нина Ветрова бы вежливо попрощалась и смылась, но простушка Нэнси просто не смогла бы противостоять очарованию старшего. Который, к тому же, так бессовестно на нее воздействовал.

Сильное влечение, которое Инг внушил, ударило по мне теплой волной. Тепло быстро стало жаром, и пламя вожделения распустилось цветком где-то внутри меня… но цветок этот завял быстро, так как был искусственен.

Я позволила оттеснить себя в уголок за «Кристаллом».