Под конец комментарии Солда стали даже вызывать смех — поначалу робкий, а потом громовой, перетекающий в заразительный хохот. Куратор обласкал нас любезностями не чтобы унизить, а чтобы показать, в чем наши слабые места. Когда мы начали выходить из ГСПИ-кабинки, лейтенант приказал нам с Экри остаться. Помучил паузой, и объявил:

— Кое-кто решил, что вы заслуживаете поощрения.

На наших инфо-браслетах появился новый затейливый символ.

— «Ки Арад», — благоговейно прошептал Ниджер.

— Объяснишь Ветровой, что это значит. Свободны.

Мы вышли из кабинки и библиотеки, продолжая разглядывать символ. Три черты и над ними еще одна под углом — и что это значит? Глаза центаврианина заблестели, губы порозовели; он стал похож на человека, которого только что удостоили ценнейшей награды.

— «Зерно», — перевел он, и, не в силах подобрать слова, замялся: — Я не думал, что так быстро… что все так будет… что уже… я…

— Экри, может, растолкуешь, наконец?

— Ах да, — спохватился курсант, и указал на ближайшее окно. — Идем, покажу.

Мы подошли к окну. На площадке перед корпусом тренировались курсанты, судя по тому, как хорошо это у них выходило, они были старшекурсниками. И почти все — центаврианами.

— Ки Арад — это студенческая корпорация Горунда. Включает в себя учащихся академий Культур и Жизни, а также курсантов Военной академии. Состоять в корпорации — это значит, принадлежать к числу лучших студентов планеты. Если у тебя будет проблемы, Ветрова, Ки Арад решит их за тебя. Но и ты должна будешь помогать тем, кто состоит в корпорации. Отказ в помощи — это исключение из корпорации.

— А причем здесь они? — я показала на тренирующихся.

— В нашей академии много «зерен», Нина, — тихо и даже интимно сказал старшина. — И теперь, если кто будет к тебе приставать или оскорблять, того быстро поставят на место.

Экри показал мне браслет, на котором уже не было символа. Поднес к моей руке — и на обоих браслетах символы вспыхнули вновь. Убрал руку — символы потухли.

— Понимаешь?

— Понимаю, — ответила я.

— Ты не рада?

— А есть, чему радоваться?

Быть членом какой-то загадочной студенческой организации мне не хотелось. Я не доверяла всем этим обществам. Наставники в Доме Жизни доходчиво объяснили нам с Кешей, что залог счастливой жизни — это не вступать ни в какие организации, корпорации и прочие сборища. Потому что единственная «организация», которая действительно будет защищать и ценить — это семья.

И как можно решить, кто «лучший», а кто обыкновенный? И кто это решает? Слишком все это смахивает на обыкновенный клуб зазнаек.

Ниджер радоваться перестал, так его поразила моя реакция.

— Ки Арад — это высшая лига!

— И что?

— Нина… — Экри недоверчиво на меня посмотрел, сомневаясь, правильно ли я его расслышала.