Вот хитрец! Едой соблазнить решил?"

"Я стянула с ветки легкое коротенькое платье, и надела его на закрытый купальник. В таком виде и вышла к ограде. Неподалеку Тема, сияя намасленным обнаженным торсом, уговаривал очередную пассию сходить покупаться. Пассия млела от жары и комплиментов и артачилась чисто для приличия. Я вышла на улицу и подошла к брату.

Девица мне была знакома — недавно ей было пятнадцать, и она как-то слишком уж быстро выросла, обзаведясь всеми положенными округлостями. Положа руку на сердце, я признала, что ее округлости выглядят аппетитнее моих.

— Блага, — улыбнулась я.

Тема нахмурился, окинув меня взглядом.

— Нин, ты че ты меня позоришь? Еще бы голая на улицу вышла!

— Да ладно, Тема, — прощебетала юная соседка. — Как еще одеваться в такой жаркий сезон?

И, чтобы поддержать меня, стянула с себя мешковатую футболку, оставшись в обтягивающем платье гораздо короче моего. Тема как-то сразу позабыл про то, что хотел меня отчитать, и завороженно уставился на открывшийся вид.

— Пойдем купаться, — категорично сказал он.

— Пойдем, — согласилась соседка, — ты с нами, Нина?

— Конечно, — коварно улыбнулась я.

Купаться мы обычно ходили к морю, до которого от резервации было не так уж далеко — всего сорок минут пешком. Можно было, конечно, нанять аэрокар и добраться за пять минут, но Агап привил нам любовь к движению, и мы никогда не пренебрегали возможностью погулять.

Тема вешал соседке лапшу на уши и умело соблазнял каждым жестом и словом, я тихо посмеивалась, но его игры не рушила. Если у девочки есть мозги, она позволит Темке только поцелуй, да и тот — в щечку.

Наконец, мы вышли из царства сочной зелени, и нам открылось море — темно-синее вдалеке и прозрачно голубое вблизи, с белой пеной, набегающей на чистый песок. Море дышало величием и безмятежностью, так и маня нас. Дикий пляж шумел от множества голосов: многие из резервации приходили сюда купаться. В основном, апранцы и земляне, но я углядела и парочку орионцев вдалеке.

Мы поторопились скинуть с себя остатки вещей и бухнуться в теплую воду.

Я заплыла подальше, и разлеглась на волнах, позволяя им себя укачивать, глядя в ослепительно-яркое голубое небо без единого облачка. Черными точками в нем пронеслись несколько аэрокаров — не тех дребезжащих штуковин, которые покупали беженцы, а бесшумных, обтекаемой формы, на два пассажира.

С них в море начали прыгать хозяева, не опасаясь ушибиться о воду. Я заглушила зачатки зависти и расслабилась. Что может быть лучше такой жизни? Как можно променять благополучный Горунд на израненную Еву-2? И, может быть, это эгоистично с моей стороны, но я не хочу в родную систему. Слишком люблю море и голубое небо над головой.

Поплавав, я вернулась к берегу.