Поцеловав меня в щеку, он подошел к Катьке и вежливо протянул ей руку:

– Дима.

– Катя, – растерянно сказала моя подруга. – А вы, собственно, кто?

– Я Наташин друг. Я из Москвы.

– Катя, это Димка. Я тебе про него рассказывала. А ты вообще как сюда попал?

– Никак. Не считая того, что я прилетел на самолете, – устало сказал Димка и сбросил свою спортивную сумку. – Ты же сама дала мне адрес своей подруги. Хотя ты и сказала, что в Тулу со своим самоваром не ездят, но я все же решился. Если бы ты не вляпалась в какую-нибудь историю, то это просто была бы не ты. Я тебе нужен, только я, хоть изредка, могу тебя тормозить. Как только я поговорил с тобой по телефону, так сразу понял – надо ехать.

– Господи, ты сумасшедший, – прошептала я.

– Если кто из нас и сумасшедший, так это ты, – обиделся Димка. – Как поживает твой курортник? – спросил он чуть слышно, закуривая.

– Никак.

– Что значит – никак?

– Просто никак, и все. Он сам себя убил.

– Он не выдержал твоего темперамента и твоей необузданной страсти?!

Я не ответила и отвернулась. Катька дала Димке знак, чтобы он не донимал меня лишними разговорами. Послышался звук подъезжающей машины, и я бросилась на улицу. Темно-коричневая иномарка остановилась у самого входа. Открылась задняя дверь, я быстро села в машину и помахала перепуганным Катьке и Димке рукой. Чтобы не видеть сидящего рядом мордоворота, я закрыла глаза.

Мне почему-то вдруг вспомнились мои тяжелые роды. Врачи не верили, что я останусь жива… Несколько суток я лежала в реанимации и понимала, что медленно умираю… Я не могла бороться за жизнь, потому что сил уже не было. Потом вспомнился мой бывший муж, который каждый день бегал ко мне в родильный дом и заваливал меня огромными букетами роз. Он безумно радовался рождению дочери и прослезился, когда взял ее на руки в первый раз. Когда дочь немного подросла, он почему-то перестал радоваться и с каждым днем отдалялся от нее все больше и больше… Я тогда пыталась понять, почему в чужих семьях все совсем по-другому… Со времени нашего развода муж ни разу не поинтересовался дочерью и, наверно, уже давным-давно забыл о ее существовании. Эта обида осталась внутри меня, хотя со временем я научилась воспринимать вещи такими, какие они есть.

Как только мы подъехали к вилле Глобуса, я выскочила из машины. Меня чудовищно трясло, и я шла словно? пьяная. Как и в прошлый раз, Глобус сидел у бассейна. Он был без рубашки, в огромных разноцветных шортах. Увидев меня он, расплылся в улыбке и пригласил сесть рядом.

– Давненько не виделись. Угощайся виноградом. В Ялте самый вкусный виноград, попробуй.

– Где моя дочь?! – спросила я и постаралась унять нарастающую дрожь.

– Ты даже не поздоровалась. Это неприлично. – Глобус стал засовывать себе в рот по одной виноградинке.