Уточнила у того, который передавал мне аптечку, всё ли в порядке дома. Он успокоил, что дом под охраной и туда никто не сунется.

Смотрю на часы, а стрелка, словно приколоченная, стоит на месте. Остаётся только обращаться к богу и заверять, что я стану хорошей и послушной девочкой. Умалчивая, что грех на душу взяла и убила сегодня человека. Ещё одного. Я защищала свою семью.

Когда Дени выходит из оперблока, я сижу. Не могу встать. Совсем не чувствую силы в ногах. Пытаюсь понять что-то по выражению его лица. Но оно не говорит мне ровным счётом ни о чём.

— Он стабилен, — произносит, а у меня уходит несколько секунд на то, чтобы переварить информацию.

Выдыхаю медленно, опуская лицо в ладони. Я не плакала всё это время, потому что только рядом с ним чувствовала себя слабой. Только он мог меня утешить. И сейчас сцепляю зубы, ощущая подкатывающий к горлу ком.

— Когда к нему можно? — спрашиваю дрожащим голосом.

Я ведь по документам ему никто.

Дени морщится, будто знал, что этот вопрос возникнет.

— Когда его переведут в палату. Но думаю, что могу провести тебя к нему.

Я тут же подпрыгиваю на ноги, забывая про дрожь, про страх. Хочу убедиться, что он жив. Мне это необходимо.

Выгляжу, должно быть, совершенно безумно, но Дени всё понял по моим глазам. Без слов. Кивает и просит следовать за ним. Выдал мне форму медсестры. Я торопливо переоделась, спеша к НЕМУ.

Дени провёл меня в реанимацию, где лежал Ратмир."

"— Ему нельзя нервничать. Он не успел восстановиться после одного ранения. И вот новое, — недовольно произносит его друг, а я испытываю острую вину. Словно я главная причина всех бед Сабурова. Возможно, так оно и есть.

Присаживаюсь на стул у его койки, наблюдая за показателями датчиков сердечного ритма и другими мониторами. Оказалось, очень болезненно видеть такого сильного мужчину, подключённого к аппаратам.

Судорожно вздохнула. Ему нельзя нервничать.

Положила голову на койку, рядом с его рукой. И тихо рассказала, как влюбилась. В него. Не зная, слышит он меня или нет. Как мне нравилось его выводить из себя. Лишь бы на мгновение увидеть спадающую броню. И сейчас кажется, я знала, что он всегда за мной возвращался бы. Что бы я ни делала. Какую бы глупость ни сотворила. Куда бы ни убежала. Откуда эта уверенность родилась во мне? Сама не понимаю.

Не заметила, как отключилась. Усталость взяла своё.

А проснулась от прикосновения к волосам. Лёгкого.

Подняла голову и встретилась с тигриным взглядом. Уставшим, измотанным. Но таким живым.

Ощущаю, что превратилась в кисель. Вот прямо здесь и сейчас стеку лужей из слёз под его койку.

— Привет, — тихо шепчу, — врача позвать?

Едва заметно кивает.

Выбегаю к медсестре, и через минуту начинается какая-то медицинская суматоха.

— Подожди в коридоре, — просит Дени, выпроваживая меня.