Кто ж в своем уме-разуме от торга с купчиком немецким откажется? Мало что благословенного Царем вашим. Тут, капитан, беспокоиться не о чем, гарантирую, слово купеческое даю.

— Мало ли, — пожал плечами Митька. — Оно ведь по-разному бывает. Я больше на бережке привык договариваться.

— Бывает, но потому говорю, капитан… — Иван чуть подался вперед, переходя на шепот. — Ладно бы дело не государственное…

— Государственное, как есть, правильно подмечаешь, Иван, — согласился Митька и уверенно, чтобы у купца не возникло сомнений, добавил: — Самому Иоанну Васильевичу везем товар ко двору.

Ивану явно по душе пришлось данное заверение. Он положил руки на столешницу, провел туда-сюда ладонями, будто вытирая пыль, а на самом деле собираясь духом. Вновь взглянул на Митьку.

— Грамотка, где оная? — изрек он. — Та самая, что для Иоанна Васильевича уготована?

Митька не сдержался — поперхнулся да кашлянул в кулак, настолько неожиданными пришлись слова купца. Грамота… а вот грамотки оной у него и не было. Разумеется, что посольство из Англии, тем более при поддержке монаршеской особы, не могло явиться ко двору русского Царя без должного документа.

Следовало срочно выходить из положения. Митька насупился, подался вперед, приподнимаясь над столом, и строго посмотрел на купца.

— Ты уж извини, любезный, не твое это дело, грамоткой оной интересоваться, — сказал он.

Купец выдержал, взгляда не отвел.

— Точно… — протянул он. — Не мое. Не моего ума дело, знаете, как у нас на Руси говорится. По грамотке вы, небось, в Новгороде обсудите?

— Разберемся, — не смягчая тон, ответил Митька, но расслабился, уселся обратно на скамью, показывая, что остался удовлетворенным ответом.

 — Как до Новгорода доберемся, там и видно будет.

— Мое дело маленькое, — продолжил Иван. — Вас сопроводить, так сказать, доставить в целостности и сохранности.

— Доставите?

— Это мы можем.

— Вот и сговорились.

Купец смотрел на Митьку, улыбаясь своей довольной ушлой рожей. Крепко ухватился, бесеныш. Согласится на все что угодно. Так сладко талдычит про «маленькое дело», что и поверишь. Если пузач сунулся в Поморскую землю, так это еще не значит, что денег у него нет. На рыбе деньжищи подымают будь здоров.

Накручивают в разы.

— Э-э… Достопочтенный капитан имя свое не вспомнил? — спросил Иван."

"— Да как-то, знаете, не до того было, все думал о товаре да о Царе Иоанне Васильевиче, — витиевато ответил Митька. Хотя внутри весь замер в ожидании. Ведь, купчики те же могут его попросить у своих людей. Они-то точно помнят, как зовут их капитана. Однако их это мало волновало…

— Ну тогда по рукам… хм… капитан?

— По рукам, купец, — согласился рыбак.

Митька протянул Ивану руку, и они обменялись рукопожатием.