Все они изъявили желание поблагодарить месье де Беркли за его вклад в поддержку общественного благосостояния.

– Ого! – произнес Гильом. – Как это вам удалось снискать такую популярность, хотел бы я знать.

– Он защитил интересы крестьян, – ответила Розали, прежде чем Рэнд успел произнести что-либо. – Он защитил их от месье Лефевра, недостойного господина, можно сказать, негодяя, который решил повысить пошлину на землю, лишив тем самым бедных людей средств к существованию, отобрав деньги у тех, кто с трудом может позволить себе…

– Короче говоря, – прервал ее Рэнд, невольно улыбаясь пылкости Розали, – после десятиминутного разговора со сборщиком налогов я был произведен в святые.

– Удивляет то, – продолжала Розали, глядя на Гильома, – что он так и не обмолвился ни словом, что же такое он сказал этому Лефевру.

– Не отважусь повторить этого в обществе, – пробормотал Рэнд.

– Ну, можно сказать, ты приобрел невероятную популярность, – весело закончила Розали. – И я хочу воспользоваться этим, принимая гостей!

– Не уверен, достаточно ли ты поправилась, чтобы устраивать приемы? – озабоченно произнес Рэнд."

"– Поправилась ли я? Тебе лучше… – начала было она, но вдруг остановилась, закусив губы.

С ее языка чуть не слетело: ""Кому как не тебе знать, что я совершенно здорова!"" Розали вспомнила минуты, которые они провели в объятиях друг друга, минуты восторга и неземного блаженства, которое стало сильнее и глубже после первого же безрассудного мгновения; тяжелое томление плоти, пылающие губы, сильные руки Рэнда…

Она постаралась избавиться от наваждения. Яркий румянец залил ее лицо, как только она подняла глаза и посмотрела на Рэнда. Он улыбался, прекрасно поняв, о чем она сейчас думает.

""Бессовестный"", – мысленно упрекнула его Розали и, чтобы скрыть свое возбужденное настроение, торопливо взяла стакан с лимонадом и отпила глоток.

Между тем Гильом с нескрываемым любопытством наблюдал за происходящим.

– Я не думаю, что мадемуазель устанет от нескольких посетителей, – заметила Мирель.

Рэнд взглянул на нее.

– Стало быть, с твоего благословения мы позволим ей провести сегодняшний вечер среди гостей? – сказал он. – Но я должен серьезно предупредить тебя, Розали: это быстро тебе надоест.

Нахмурившись, Розали посмотрела на Рэнда, не понимая, что он имеет в виду.

Но тут вмешалась Мирель, готовая предотвратить назревающую ссору:

– Я слышала, о вас, мадемуазель, ходит много разных слухов. Люди любопытны…

– Бесспорно, – сказала Розали. – Они наверняка думают, что месье де Беркли прячет где-нибудь на чердаке сумасшедшую злую старуху, да?

– Или бесценное сокровище, – добавил Рэнд, – которое он ревностно охраняет от посторонних взглядов.

Покраснев еще больше, Розали опустила глаза.