Рэнд встал, и его черные высокие ботфорты сверкнули начищенным глянцем голенищ, плотно охватывающих икры и подчеркивающих стройность бедер. Как он был великолепен в своем костюме для верховой езды! Каким мужественным казался сейчас с небрежно откинутыми назад волосами и темной щетиной на подбородке!

– Если тебе что-нибудь понадобится, скажи Мирель или мадам Альвин, – сказал он, и Розали улыбнулась.

– Разве я могла мечтать когда-то, что у меня будет своя собственная компаньонка и служанка, – задумчиво произнесла Розали, слизывая каплю меда с указательного пальца. – Сейчас я должна была бы готовить Элен ее утренний чай, а вместо этого сижу здесь, в великолепном замке во Франции, и стараюсь придумать, чем бы мне лучше всего занять себя.

Голубые глаза ее сияли тихой радостью.

Рэнд с удивлением смотрел на Розали, Какая она все же невинная и безмятежная! Ему хотелось стиснуть в объятиях ее хрупкое шелковистое тело и держать так, не выпуская, вдыхая ее аромат, слушая каждый вздох и каждый удар ее сердца.

– Ты должна была бы находиться сейчас дома, с мамой, – хрипло произнес он, и Розали, пораженная тем, как изменился его тон, робко взглянула на него. – И решать, какого цвета ленты для волос выбрать и с кем танцевать на следующем балу.

– Я… – начала было она, вконец смущенная изменчивостью его настроения, но, передумав, только сказала:

– До встречи. Желаю тебе удачного дня.

Рэнд резко повернулся и вышел из комнаты. Прислонившись к стене, он закрыл глаза.

""Я больше так не могу, – пробормотал он, сжимая кулаки. – Господи, помоги мне! Я не понимаю тебя, Розали, я не знаю, чего ты хочешь. Ты держишь меня своими тонкими пальчиками, и я готов вскакивать и бежать к тебе по первому зову. О черт, это испытание моей гордости!"""

"Иногда Розали выглядела уверенной в себе, порой – слабой, нуждающейся в его помощи. Эта ее изменчивость привлекала к ней Рэнда и одновременно заставляла его задумываться. Пока он намеревался установить безопасную дистанцию в отношениях с Розали. Он слишком страдал от ее капризов, и ему нужно было время, чтобы многое обдумать.

* * *– Я думаю, – медленно произнесла Мирель, наморщив от напряжения лоб. – Мы думаем.., ты думаешь.., они думают.., он думаю…

– Он думает, – поправила Розали, переворачивая страницу английской книги в поисках следующего глагола для спряжения.

Они сидели в маленьком солнечном саду. Стеклянные двери великолепной гостиной были настежь распахнуты, а кресла и диванные подушки вынесены в сад месье Альвином, так что Розали и Мирель наслаждались природой с полным комфортом. Легкий ветерок доносил запахи цветов и травы.

– Мирель, ты – прелесть! Я никогда еще не встречала человека с такой отменной памятью, как у тебя. Вот еще один глагол – ""быть"".