Теперь все увидели, что спутница Хэмиша немолода и нехороша собой. Она была сильно и вульгарно накрашена, и в темноте это сбило с толку преследователей. Но под безжалостным светом стали заметны и морщинки под глазами, и запавшие уголки губ, и складки на шее.

– А ведь точно… – хрипло сказал Нэйл. – Хорек, это не может быть Нэнси. Этой по меньшей мере сорок.

Роб Хэмиш будто проснулся.

– Господи, конечно, это не она! – дрожащим голосом воскликнул он. – Вы что же, думали, моя жена со мной?! Боже мой, нет, нет! Это Пенни, моя… подруга.

– Какого же черта вы удирали от нас со своей подругой? – хмуро спросил Харви.

– Но ведь я был уверен, что это Нэнси гонится за мной! Думал, она сколотила в тюрьме банду и теперь вернулась, чтобы отомстить мне. Неужели ее правда нет среди вас?

Хэмиш обвел своих преследователей умоляющим взглядом.

Он был так жалок, что двое из отряда, не сдержавшись, рассмеялись. Нэйл присвистнул:

– И за этим кроликом мы гнались столько времени!

Джаспер грязно выругался. Он уже понял, какую ошибку они совершили, но не желал смириться с поражением.

– Что у вас в повозке? – грубо спросил он. – Показывайте!

– Я покажу, – торопливо закивал Роб. – Только, пожалуйста, не будите его.

Он приподнял полог, и в большой корзине, закрепленной на полу среди груды вещей, все увидели спящего мальчишку лет шести.

– Это Питер, – робко сказал Хэмиш. – Он едет с нами. Я хочу увезти его туда, где никто никогда не слышал про Нэнси. Послушайте, вас правда послала не она?

Джаспер в ответ только сплюнул и поплелся к своему коню.

Отряд уныло последовал за ним. Никто больше не проронил ни слова.

Лишь констебль на прощанье бросил Хэмишу:

– Что ж, счастливого пути! Простите за беспокойство.

Он с явным усилием взобрался на лошадь, ударил ее по бокам и ускакал вслед за остальными.

Когда стих топот копыт, Роб Хэмиш привалился к стенке повозки.

– Они уехали… – обессилено проговорил он. – Не может быть!

Он засмеялся, потом всхлипнул, словно пытался сдержать слезы, и снова засмеялся.

Но для человека, измученного погоней, Роб Хэмиш выглядел вполне естественно. А вот его спутница повела себя странно.

Для начала она сняла шляпу.

Затем сдернула светлый парик.

Вынула из-за обшлага платок и тщательно провела им по губам, стирая помаду.

И только потом сказала суховатым, хорошо поставленным голосом:

– Миссис Хэмиш, вы можете вылезать. Они действительно уехали.

Полог с другой стороны повозки зашевелился, и из-за него выбралась худощавая женщина. Короткий ежик волос на ее голове был рыжим, а глаза зеленели, как крыжовник.

Если бы кто-нибудь из соседей увидел ее в эту минуту, то не узнал бы Нэнси, толстуху с бешеным нравом. Прежняя Нэнси весила по меньшей мере сто шестьдесят фунтов, а в этой бы не набралось и ста.