Он спрашивал меня, была ли свадьба с Генри – и эта жизнь, которую я выбрала, – всем, чего я хотела.

Взяв мою руку, он промокнул царапины салфеткой. Моя рука зудела от нервного напряжения. Ванная вдруг показалась слишком душной и маленькой. Смущенная, я ответила:

— Наверное, нет.

Я не была готова к тому, что он резко поднимет голову, и к озорным огонькам в его глазам.

— Тогда, думаю, пришло время отвлечься.

И на этот раз я поняла, что он имеет в виду.

Ксандер

— Нам не следовало уходить с вечеринки, – запротестовала Джордан, теребя свою огромную серьгу-кольцо и потягивая шампанское.

Мы задержались, чтобы выпить после того, как я обработал ее царапины. Уйти было правильным решением. Я понятия не имел, что нашло на меня сегодня вечером. Я никогда раньше не терял самообладания, и мне нужно было проветрить голову.

— Почему нет? – спросил у неё.

— Потому что ты наконец-то вернулся домой на выходные, – сказала она. — Ты должен проводить время со своим отцом, а не ускользать с его вечеринки и прятаться в саду.

Я мысленно усмехнулся. Моему отцу было все равно, и он бы заметил мое отсутствие только в том случае, если я бы сделал что-то порочащее имя Максвеллов, например, избил бы вице-президента его компании.

— Он переживет это.

К тому же, я пришел на вечеринку только из-за Джордан.

Эта маловероятная дружба изначально возникла из-за наших схожих характеров. Мы оба были миротворцами. Она умело справлялась со вспыльчивыми клиентами, а я не раз тушил пожар между отцом и Джаспером. Наша способность сохранять спокойствие привела к неожиданному союзу... за исключением сегодняшнего вечера.

Когда мы вышли на улицу, в саду было так же спокойно. Лишь несколько гостей слонялись неподалеку, чтобы ответить на звонок или перекурить. К счастью, среди них не было помощников моего отца.

Эти омерзительные мужчины приставали к Джордан на подобных вечеринках, и мой отец позволял им. Она ненавидела развлекать этих дураков и терпеть не могла, когда они пялились на нее – большинство из них были старше ее более чем на тридцать лет, – но сохраняла хладнокровие, чтобы никого не обидеть.

Я чувствовал непреодолимое желание сломать каждому из них челюсти, и не знал, как долго еще смогу противостоять этому порыву.

"Казалось, она ценила мое общество гораздо больше, чем этих скучных придурков. Весь последний месяц она таскала меня на каждую встречу по планированию свадьбы, придумывая бесконечные оправдания, почему мой отец слишком занят, чтобы присутствовать.

Полагаю, я тоже придумывал себе оправдания.