Он потер глаза жестом, который мог бы показаться обезоруживающе мальчишеским, если бы не то, как при этом напряглись его руки и живот. Он наклонил голову в мою сторону, и я почувствовала, как у меня свело живот.

— Ты рано встала, – заметил он хриплым со сна голосом.

Я протянула ему свой телефон. Он моргнул, глядя на него с выражением, которое говорило о том, что его забавляет увиденное.

— Я рассказал тебе о статье. Почему ты показываешь ее мне?

— Все гораздо хуже, чем ты описывал.

Он провел большим пальцем по исчезающему синяку на моей щеке.

— Потому что ты заслужила несколько дней, чтобы восстановиться, прежде чем всё полетит кувырком.

Ксандер оттолкнул мой телефон и соскользнул с кровати, обнажив эрекцию, которая тяжело свисала между его бедер. Я почувствовала, как мои щеки запылали, как у школьницы, когда он непринужденно наклонился, надевая боксеры, которые отбросил прошлой ночью.

После того, как он заставил меня раздеться.

— Тебе все равно следовало сказать мне раньше. Мы должны решить, что с этим делать. Я имею в виду, что… я твой пиарщик, и это напомнило мне, что у меня нет номера твоего агента.

— Номер в моем телефоне под именем Росс.

Он бросил свой мобильник мне на колени и назвал пароль.

Я не могла не заметить, что Ксандер никогда ничего не скрывал и открыто делился со мной каждой частью своей жизни. В то же время Генри обычно ускользал со своим телефоном в ванную, чтобы ответить на сообщения. Оглядываясь назад, теперь это имело смысл.

Я тяжело вздохнула.

— Давай договоримся о встрече с Россом и уладим это дело, пока мы еще можем контролировать ход событий.

Прежде чем я успела набрать агента, телефон издал сигнал, и я вернула его Ксандеру. Он выгнул бровь, глядя на экран.

— Что? – когда он не ответил сразу, я спросила: — Генри?

— Нет. Меня отметили под постом в Instagram. – Он наклонил ко мне телефон, но я уже знала, что увижу.

Это была фотография, на которой я сидела на Ксандере на пустой парковке.?

В комнате пахло лимонным чистящим средством. После того, как в Instagram опубликовали то фото, Ксандер позвонил своему агенту и тренеру. Они оба согласились на встречу, и теперь мы сидели в одном из административных офисов ледовой арены, где хранились все файлы игроков и налоговая информация по зданию. За моей спиной выстроились картотеки и выглядели они как реликвии 70-х. Возможно, так оно и было. Бюрократия, как правило, движется медленными темпами.

В отличие от социальных сетей.

Я заправила солнцезащитные очки за воротник блузки, застенчиво поправляя одежду, пока изучала двух других мужчин в комнате. Его агентом был темноволосый мужчина по имени Карл Росс – или просто Росс – а тренера я знала как Тренера Фоули."

"— Итак, я думаю, мы все знаем, почему мы здесь. – Росс посмотрел на нас.