Он продолжал кружить вокруг клитора в медленном темпе, сводя меня с ума. Другой рукой Ксандер расстегнул пуговицы моей фланелевой рубашки. Он сдвинул чашки бюстгальтера вниз, обнажив мои груди, и начал поклоняться им своим ртом, посасывая соски, пока я не закричала и не подумала, что действительно схожу с ума.

Его темп оставался мучительно контролируемым, даже когда мои ногти впились в его бицепсы. Я зашипела, когда он подвел меня к грани, а потом окончательно рассыпалась, кончая в его объятиях.

Вялость затянула меня в глубины пропасти, но я улыбнулась, когда поняла, что Ксандер поправляет мой лифчик и застегивает рубашку. Вероятно, это было частью его собственнической жилки, и он не хотел рисковать тем, что другие увидят меня в таком состоянии, несмотря на то, что трахнул меня на улице. Последующая забота все равно была восхитительной.

Я не понимала, что со мной происходит, но знала, что не должна чувствовать себя так правильно, находясь в чьих-то объятиях в темной машине на пустой парковке. Я испытывала полное слияние с ним, чего никогда не было с другим мужчиной.

Это чувство длилось до тех пор, пока он не откинул прядь моих волос назад и не прошептал то, что я меньше всего ожидала услышать.

— Я люблю тебя.

Я подняла голову и уставилась на него в темноте. В моей голове не было ни единой мысли, ни одного способа обработать заявление.

Окончательно разрушила всё вспышка фотоаппарата. Я выглянула в окно и встретилась взглядом с невысоким мужчиной, который снимал наш приватный момент из своей машины. Как только сработала вспышка, он рванул прочь, прежде чем я успела вскочить с сиденья, чтобы Ксандер мог догнать его.

Кажется, мы только что перенеслись из третьесортного журнала в завтрашний заголовок крупного издания.

Я откинулась на спинку сиденья, как будто это могло защитить меня от того, что только что произошло. Мои губы были расцарапаны щетиной Ксандера, а перед глазами плясали фиолетовые пятна от вспышки.

— Это был папарацци? – спросила я, дрожа.

Ксандер открыл дверцу и напряженно вылез из машины, его тело казалось невероятно широким из сидячего положения. Я видела, как его глаза осматривают парковку, но машины уже не было. Он застал нас врасплох и скрылся с места происшествия. Теперь его было не поймать.

— Черт, – сказала я, качая головой. — Черт. Это нехорошо. Если он опубликует фото...

— Не беспокойся об этом. – Ксандер вернулся на свое место и закрыл дверцу, наконец-то переключив передачу на управление. — Темно, и это была всего одна фотография. Вероятно, там даже не видно наших лиц.

Я не могла поверить своим ушам. Он искушал судьбу.

— Карьеры многих людей были разрушены из-за всего одной фотографии. – Я сложила руки на груди, болезненно ощущая свои возбужденные соски.