Сейчас она делала именно это, сидя перед большим монитором, с открытым ртом и пудреницей меж растопыренных пальцев. Ее безмятежный покой никто не мог потревожить, кроме громкого звонка по стационарному телефону.

— Дзии-дзиинь! — разрываясь заорал телефон.

— Ай! Гадство какое! — с досадой крикнула дамочка.

Пудреница упала на стопку важных бумаг, а помада ловко скользнула между ног, укатившись под стол. Глава комитета пришла в дикую ярость, желая убить тех, кто ее потревожил.

Женщина резко схватила трубку, громко проорав:

— Чего надо?

Но тут же сменила свой тон, натянув на морщинистое лицо улыбку и стараясь сделать ангельский голосок, что не особо-то вышло.

— Ой, прошу простить, господин. Телефонные хулиганы, да. Пытаются отомстить, вот и звонят. Но на всех управа найдется. Мы работаем как часы, в смысле непрерывна и это… — протараторила строгая барышня, превратившись вдруг в первоклассницу.

— Что? О, все чего изволит ваша княжеская воля! Ага… — спустя секунд пять, заявила она.

— Ой, как? В смысле, кхм… Продлить срок содержания Белозерова в Исправительной Академии? Нет, ну он не настолько отъявленный, если так.

За него просят эти черные… эрды. И семья Грот уже обращалась. Нет! Никоим образом, господин. Раз уж так надо, то пусть. Наши Исправительные учреждения позволяют духовно возвыситься. А лишнее возвышение, так сказать, еще никому не вредило. Да, точно да! До особого распоряжения, господин!

Женщина повесила трубку дрожащей рукой и громко выдохнула.

— Вот же чертов козел. Импотент престарелый! — грубо сказала она, нахмурив нарисованные брови. — Дался мне ваш Белозеров! Задрали уже черти с ним.

Понимая, что говорит лишнее, дамочка слегка осмотрелась.

Так, ее кабинет проверен. Здесь нет скрытых камер и шпионских жучков. Еще бы, если бы они были, то ей бы не удавалось проводить «воспитательные» беседы наедине с молодыми, красивыми парнями. Хотя, сейчас не об этом.

Надо поднять помаду и рассмотреть уже письменные прошения. Жуткая бумажная волокита. Ни секунды покоя.

Женщина скривилась, будто ела лимон. Взглянула под стол, нашептывая что-то ругательное. Уже хотела туда залезть, но случилось кое-что странное. Точнее даже мистическое.

Помада скользнула вперед, взлетев над блестящим полом, так, будто обзавелась крыльями. Глава комитета охнула и начала чесать подбородок, округлив густо накрашенные глаза.

Помада какое-то время просто висела. Тогда дамочка сглотнула слюну и протянула руку, чтоб ее взять. Но предмет отлетел в сторону, сделав в воздухе небольшую петлю.

— Эй! — выдала чиновница. — Погоди!

Ее лицо стало белым, губы слегка затряслись. Помада при этом лишилась своего колпачка, который улетел назад, врезавшись в шкаф.