— Ааа! Отвалите, заткнитесь! — заорал мелкий, да так, что кусты затряслись.

Иваныч взглянул на меня, поправил очки и крякнул. После чего, резко выдохнул, громогласно сказав:

— Он! Это он один из тех, кто унижал меня в школе, заставляя быть местным чмошником и чепушиллой!

— Что? Дружок, ты б на себя лучше не наговаривал, — осторожно произнес Арсений, чуть не заржав.

— Он не дружок… Он глава этой тюрьмы, — заявил я, понимая, что оказался в сериале, сценарий к которому писал наркоман.

— Мальчик! Ты не представляешь, какого это, когда тебя топят в раковине со спущенными штанами! Холодная каша за шиворот… аха-ха! Запирание в женском сортире с самой страшной девчонкой из школы! — выпалил очкарик, медленно надвигаясь на другого директора, тот который садовник.

"

"— Сука, ты что серьезно? Тут Роман Иванович всем заправляет. Говорят, жёсткий тип, — промямлил Арсений, чуть не отрезав себе ножницами палец от полной растерянности.

— Эээ, как бы получше сказать. Он и есть, тот самый… Иваныч, — пояснил я, не зная, смеяться тут или плакать.

Арсений же сделал выбор. Он решил именно посмеяться.

Причем так истерично и странно, что я чуть не свихнулся.

— Аха-ха, охо-хо… Господи-и-ин… Вы уж меня извините. Я сам, своего рода, руководитель, и прекрасно вас понимаю. Но знаете, я всегда был прилежным отличником. И никогда никого не унижал в своей школе. Сожалею и сочувствую вашей моральной травме. Могу оказать психологическую помощь, если потребуется, — слащаво промямлил толстяк, делая «милые глазки».

Но это не особо сработало.

Глава 19

Иваныч надулся, как ядовитая жаба, округлил глаза, стал на цыпочки и отвесил Арсению звонкую пощечину.

Я слегка обалдел, не ожидая от коротышки такой прыти.

— Вот! Месть будет страшной, садовник! За каждую поездку на пинковозе! — истерично воскликнул Иваныч.

— Что? Ай… Я не он. Я вам ничего плохого не делал, клянусь, — промямлил Арсений, отступая назад.

Хмм, назовем это Директорским сражением. Неплохо, неплохо, надо запасаться попкорном.

— Нет. Я помню твой взгляд… и твой мокрый палец в моем девственном ухе, — ядовито улыбаясь, зашипел Роман, стукнув противника еще раз.

— Эй! Может хватит уже?! — директор схватился за щеку, теряя самообладание.

— Ооо, Сеня Потный, я тоже об этом просил. Но ты только ржал надо мной, надменно делая так…

Очкарик заглянул в глаза Сергеичу и стукнул его носком ботинка ниже колена. До удара по яйцам не дотянуло, но тоже довольно больно. А главное — унизительно, особенно когда ты недавно был королем целой школы.

— Ааа, отвали! Отстань, сука! — не выдержал Арсений Сергеич, резко взмахнув секаторами, чтоб отогнать психопата.