Бледная кожа, широкое, скуластое лицо, тонкие губы и узкие, раскосые, ярко-зеленые глаза, будто светящиеся внутренним светом. Внешностью этот леарище напоминает потомков азиатов и европейцев, когда метисам волей природы достаются самые лучшие черты родителей. Необыкновенная красота, правда, словно замороженная, застывшая.

Одежда шаэра походит на азиатскую – широкие белые штаны с поясом, щедро украшенным драгоценными камнями. В этом мире явно знают толк в их обработке. Рельефный мускулистый торс слегка облегает жилет с воротником-шалью и драгоценными пуговицами, подчеркивая скульптурную красоту тела.

Эффектный мужчина и наверняка следит за собой. Особое внимание привлек резной браслет на его запястье – затейливо ограненный, сверкающий в лучах светила, как цельный кристалл.

Заметив мой интерес, шаэр мягко усмехнулся и, будто флиртуя, приподнял руку с браслетом, сообщив:

– Да, прекрасная шааза, увы, я уже занят.

У меня щеки загорелись огнем. Правитель леаров – безусловно, красивый мужчина, но меня совершенно не интересовало его семейное положение и он сам в качестве пары.

Видимо, считает себя главным призом для любой женщины. Поэтому с вежливой улыбкой ответила:

– Шаэр, я рада, что вы обрели свое семейное счастье!

– Кто ты? Расскажи о себе, – потребовал повелитель. И, пока я собиралась с мыслями, добавил: – Пограничники доложили о твоей совершенно немыслимой истории и спасении из лап ледяных.

– Меня зовут Кайя, мне двадцать пять лет – это почти все, что я помню о себе с момента, когда квошики нашли меня полумертвой в горах. Они долго держали меня в плену. К сожалению, сбежать не было возможности.

Затем продали шакрэ Тейшу в предгорье. Тот перепродал вашану Цирику, который прислуживал змейсу Шедвику. В Байсакал, к нему в поместье, меня доставили вчера. Ваши лю… воины убили его, пытаясь спасти шаазу Ланей. Увы, больше мне нечего добавить к своей истории…

Эраты молчали, хотя я печенкой чувствовала их горячий интерес. Еще ощутила их запах, вот теперь-то я точно уловила разницу между черными, серыми и белыми леарами.

Пол под ногами покрывается тонким узором изморози: шаазы не сдерживают себя – магия немного чудит.

В воздухе буквально закручивается снежный вихрь, пахнет лютым морозом, он щиплет ноздри и, самое удивительное, горячит кровь, приятно опаляя кожу, покрывающуюся мурашками. Казалось, внутри у меня все дрожит и гудит, как под высоким напряжением, будто попала в сильнейшую грозу и вокруг бьют тысячи молний.

Шаэр пристально смотрел мне в лицо. Как только я замолчала, он криво усмехнулся, затем шагнул ближе, пришлось задрать голову, чтобы не отводить глаза. А дальше я едва не взлетела от неожиданности.