Впереди маячила большая роща, я собиралась посидеть там в тени деревьев и, не имея ни капли сострадания к чужим накрашенным ресницам, дать волю слезам. Сзади послышались быстрые шаги, но я даже не повернула головы: это просто случайный прохожий. Но преследователь стремительно нагнал меня, схватил за плечи, развернул и прижал к себе. Сопротивляться было так же бессмысленно, как в тисках Железного человека.

– Я буду здесь с тобой, пока ты не вернешься, – сказал Крис.

– Как ты узнал? – голос этой женщины звучал так… взросло."

"– Тиана обычно не бродит бесцельно по улице, и ее плечи обычно не содрогаются от рыданий.

Он стер слезы с моего лица, поцеловал меня в лоб и после секундного раздумия направился к моим губам.

– Ты готов целовать меня в теле пятидесятилетней женщины?

Крис ничего не ответил, но взгляд был полон куража и упрямства.

– Но при этом уверен, что я не смогу любить тебя в другом теле?!

– С тобой я уже ни в чем не уверен, – сказал он, зажав в своих ладонях принадлежащее мне в данную секунду лицо.

О боги. Я одеревенела, строго-настрого запретив себе искать любой смысл в этой фразе. Я была слишком расстроена и утомлена.

То ли это был закономерный результат событий последних двух часов, то ли давало знать о себе это новое тело: оно было странно неудобным, как одежда, которую ты взяла поносить у мамы.

– Я так устала, – выдохнула я, не собираясь обнимать его в ответ. – Хочу поскорее домой.

– Я хочу, чтобы ты осталась, – напрягся он.

Вообще-то под «домом» я имела в виду свое родное тело, а вовсе не побег домой. Хотя, к чему лукавить, он тоже маячил на горизонте. Здесь больше нечего делать, мне нужно уехать во что бы то ни стало…

– Останься, прошу тебя, – сказал Крис, держа меня за руки так крепко, как будто я собиралась пуститься наутек.

 – И научи любить без страха и сомнений.

К горлу подкатил болезненный комок. Гордая, сильная, лучшая часть меня, которая знала, что уходить нужно с высоко поднятой головой, – сцепилась в смертельной схватке с той, что была готова простить любую обиду, забыть любую боль и не размыкать рук до тех пор, пока он сам не прогонит. Страшная схватка, одна из самых тяжелых в моей жизни…

– Не плачь, умоляю. Вот видишь, я не слишком разбираюсь во всех этих любовных делах.

Да что там, я просто идиот, и, боюсь, ты еще не раз убедишься в этом.

– Я не могу остаться, Крис! – разревелась я.

– А я не могу позволить тебе уйти, Лика! К черту «завтра»! К черту его, пока у нас с тобой есть «сегодня». Только скажи, что я не испортил все окончательно…

И он снова попытался меня поцеловать, но я отшатнулась от него, чувствуя сильное головокружение.

– Тянет назад? – нахмурился он.

Я рассеянно кивнула.

– Я не доберусь до твоего тела раньше тебя, поэтому, бога ради, не убегай.