Из-за разрывающей на части крыло боли ни о какой концентрации сейчас не могло идти и речи. Но если он ничего не сделает, Юрий попросту утопит младенца.

Проклятый черт!

— Думаешь, если утопишь его – вернешь сестру? — сквозь плотно сжатые зубы проговорил он. — Ты сам сдохнешь раньше, если навредишь ребенку.

Регенерация у гарпиев была не хуже, чем у оборотней, но, судя по всему, быстро крыло не затянется. Дьявол!

Малыш все еще плакал, но Финик делал вид, что ничего не слышит.

Александр протянул руку, касаясь кончиками пальцев метки и посылая обратный импульс. Басарабу это не понравится, но другого выхода, кроме как призвать вампиров сюда – он не видел.

Ребенка они, скорее всего, захотят оставить себе, но, по крайней мере, он будет жив.

Боль в крыле сильно отдавала в плечо и спину. Нужно было принять человеческую форму, чтобы меньше ощущать его, вот только концентрации не хватало даже на это.

— Я не думаю. Я знаю. Ребенок почувствует агонию и поменяет реальность. Так, как я этого хочу, — он говорил так, словно речь шла о погоде.

В этот момент из-за кустов, таща за собой какого-то упыря, вышла Ирен.

— Скажи ему уже. Пусть знает, — вступила в разговор полувампирша.

— О чем? — Юрий подозрительно посмотрел на обоих.

— О том, что мальчик – твой сын, — единственное, что гарпий мог – это тянуть время.

— Пф… Это даже не смешно.

Александр видел, как Финик начал снова пытаться подступиться к берегу, и сразу же легко ударил его воздухом в обратную сторону.

Черт, не удержавшись, упал, чуть не выронив мальчика, а сам ребенок неожиданно замолчал.

«Перестарался», — мелькнула паническая мысль.

Юрий же испуганно начал трясти Марка, пока тот снова не заплакал.

Видимо, ребенок нужен был только живым."

"— Это правда, — снова заговорила Ирен, сбивая с ног попытавшегося сбежать от нее упыря. — Андрей попросил меня загипнотизировать их и спросить. Так что он говорит правду. По крайней мере, сам в нее точно верит.

Александр мысленно восхитился девушкой. И ведь, главное, почти не соврала. Черт просил загипнотизировать – просил. А то, что гипноза не было, так это дело десятое.

— Лишнее доказательство того, что на Арджеш работают одни безумцы. Он не может быть моим сыном, — на лице Юрия не было и тени сомнений.

— Его мать зовут Мила. Людмила Быкова. Она сказала, что вы встретились в каком-то клубе, а потом ты решил, что она вымогательница.

Александру оставалось только тянуть время, пока Финик снова не попытался осуществить задуманное.

— Что? — по лицу черта пробежала тень сомнения. Было видно, что он пытается сопоставить факты. Он по-прежнему сидел на земле, но теперь смотрел на Марка так, будто впервые увидел, что держит на руках кого-то.

— Когда ребенок родился, ей он был не нужен.