Если добровольное заточение продлится хотя бы с недельку, то он вполне может спиться.

Внешне Шевцов тоже как-то поблек, превратившись в среднестатистического мужичка, замотанного монотонной и неинтересной работой. На щеках неровной серой волной проступила щетина. Еще неделя подобного возлияния, и бывший олигарх плавно сползет к бомжеватому облику.

Еще каких-то три недели назад он представлял собой четко отлаженный механизм для получения максимальной выгоды и одним своим видом воплощал крепость и незыблемость компании. Но вот в последние дни что-то в этом механизме дало серьезный сбой. Шестеренки как будто деформировались и, прокручиваясь, теперь уже не созидали, а безжалостно ломали зубья, нанося еще больший урон.

– И что же ты там увидел? – хмуро полюбопытствовал Шевцов, опрокинув очередную рюмку коньяка.

Петляков отошел от окна, вступать в дискуссию желания не было."

"– Может быть, киллера, который должен проделать в моей башке дыру? – постучал Шевцов себя пальцем по лбу. – Так вот, я здесь торчу уже третий день, но никого не видел, кроме старух.

Петляков едва сдержался, чтобы не улыбнуться. Кажется, генеральный этого не заметил.

Неожиданно проворно поднявшись, Семен Валентинович широко распахнул занавески: поток солнечного света залил комнату, проникая в самые дальние уголки, и безжалостно проявил неприглядную картину. Из небольшого шкафа, стоящего подле самой двери, неряшливо выглядывала бумажная требуха с прилипшими рыбными ошметками. У противоположной стены, сваленные без разбору, лежали бутылки из-под коньяка и виски (других напитков генеральный просто не признавал). Следовало бы выгрести отрыжку роскоши совковой лопатой, но Шевцов не желал впускать кого-то в свои апартаменты (исключение он делал разве что для Петлякова). И потому охрана ютилась в соседней квартире, а наблюдательный пункт и вовсе был установлен напротив дома в небольшом грузовичке, откуда докладывалось о каждом человеке, входившем в подъезд.

– Вот глянь на тех чудаков, что ходят по площадке, – настоял Семен Валентинович.

В центре двора, там, где была баскетбольная площадка (во всяком случае, об этом свидетель-ствовали два проржавленных щита, покосившихся от времени), заложив руки за спины, по кругу топали полтора десятка немолодых мужчин. По сосредоточенным лицам было понятно, что кружить по двору для них весьма привычное занятие. Лишь иной раз они обменивались короткими репликами, а потом вновь устремлялись за новой порцией здоровья.

– Вон какие широкие тропы вытоптали, видать, не один год здесь топчутся. Я вот смотрю через окно и с тоской думаю о том, что в недалеком будущем меня ожидает вот такой унылый двор в компании подобных чудаков.

– Это вам не грозит, – тотчас отозвался Вадим Петляков.