Я очень устала жить на вулкане. Мне нужен был перерыв, чтобы решить, как быть дальше. Нужно уехать подальше от дома и брата с его невестой.И круиз со стареньким миллиардером по Средиземному морю как нельзя лучше для этого подходит.

4

Такси привезло меня на окраину Берлина, на тихую улочку с труднопроизносимым названием. Показала водителю бумажку с записанным на ней адресом, иначе рисковала так и остаться в аэропорту. Вообще-то, я говорила на трёх языках, но немецкий в их число не входил.На нём я если иизъяснялась, то со страшным акцентом. К счастью, читать могла, да и устную речь более-менее разбирала.А тройка в зачётке меня нисколько не расстраивала.

Здесь повсюду была зелень.Столько деревьев и цветов одновременно я видела только в нашем центральном парке. Выйдя из машины, глубоко вдохнула совершенно не городской воздух.

Дверь одного из домов открылась, и мне навстречу засеменила приятная пожилая женщина с уложенными с стильную причёску волосами. Одета она была в брючный костюм лососевого цвета, на ногах – белые летние туфли на каблуках, на лице яркий макияж, который в середине дня себе могут позволить только женщины преклонного возраста. Ну или лёгкого поведения.

Но, вообще, на восемьдесят четыре фрау Шмидт никак не выглядела. Она смотрелась весьма бодрой и активной. И судя по её внешнему виду, посещала не только стилиста, но и фитнес-клуб.

– Девочка моя, как ты выросла, – тётя Катя весьма прытко посеменила ко мне.

Я двинулась ей навстречу, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

– Ну-ну, что ты, милая, перестань разводить сырость, – она обняла меня, и, хотя для этого пришлось нагнуться, я с радостью прижалась к её груди. – Всё будет хорошо, деточка. Я о тебе позабочусь.

Она похлопала меня по спине и отстранилась.

– Пойдём в дом, Вильгельм занесёт твои вещи.

Внутри было чисто, аккуратно и по-немецки лаконично. Я огляделась. Стильная кожаная мебель, деревянный пол и лестница.Тёмные деревянные балки на белом потолке.

Пахло кожей, деревом и табаком. Фрау Шмидт по-прежнему курила как паровоз. Когда-то бабушка ругалась, что сигареты сведут подругу в могилу. Но жизнь разрешила иначе.

– Вил, – позвала тётя Катя по-немецки. – Вил, подойди сюда.

Никто не ответил. Тогда она подошла к стоявшему у окна креслу и потрясла за плечо дремавшего в нём человека. Я его сразу и не заметила, так тихо он сидел.

– А?! Что?! Катэрин, что случилось?! –закричал он испуганно.

– София приехала. Занеси в дом её чемоданы! – вдруг также громко заорала тётя Катя.

– Хорошо! Сейчас! – прокричал он в ответ.

Из кресла поднялся высокий худой старик и, слегка согнувшись, пошаркал ко мне. Супруга его сопровождала.

– Познакомься, Вильгельм, это София!

Старик протянул мне сухую жилистую руку, и я вложила в неё свою ладонь.