Фрау Шмидт, вы подобрали идеальную кандидатуру, не зря о вас идут такие одобрительные отзывы.

– Спасибо, мистер Кэлтон, – тётя Катя улыбнулась не хуже крокодила. – Надеюсь получить чек до конца дня.

Я никак не могла понять, что она затеяла. И к чему весь этот спектакль.

Адам отошёл к стойке администратора, и за нашим столиком повисло неловкое молчание. Точнее, неловким оно было для меня. Поскольку тётя Катя продолжала улыбаться, как будто только что сбила все мишени в тире. А Мередит вообще с непринуждённой грацией делала вид, что она не с нами сидит за столиком в больничном кафетерии, а, как минимум, нежится в шезлонге на Багамских островах.

Адам Кэлтон вернулся и позвал нас в гостиную. Он был напряжён. А вслед за ним и Мередит растеряла своё благодушно-рассеянное выражение. Теперь она была напряжена и собрана. Вот точно как кобра, готовая в любой момент броситься на чужака, показавшегося на её территории. По пути она то и дело брала своего любовника под локоть, но затем, словно опомнившись, убирала ладонь.

В гостиной для встреч с больными больше никого не было. Только мы четверо. Тётя Катя, как опытный снайпер, выбрала позицию у окна и поманила меня к себе. Адам и Мередит стояли посреди комнаты.

И тут дородная сиделка вкатила инвалидное кресло.

Это был словно удар под дых.

Его лицо худое и измождённое, будто он не ел несколько дней. Или даже недель. Или сражался с неизлечимой болезнью. Я вдруг поняла, что даже не удосужилась узнать у тёти Кати, чем болен этот человек. Как-то удовлетворилась информацией, что он скоро умрёт.

Но теперь я в это не верила. Его глаза… Они горели жарким огнём, жаждой жизни. Я в первую же секунду поняла, что этот мужчина – настоящий боец. И просто так болезни он не сдастся.

Да и стариком он вовсе не выглядел. Стоп! А с чего это я решила, что он старый? Мне даже никто подобного не говорил. Просто тётя Катя упомянула, что миллиардер скоро умрёт, и я априори записала его в старики. Вот дура.

Я внимательно следила за ним, сидевшем в инвалидном кресле. Поэтому увидела, как он впился немигающим взглядом в лицо Мередит, заставив ту побледнеть. А затем Адама…

Что-то эти люди не выглядели как счастливые родственники в момент долгожданной встречи. Скорее, это было противостояние… конкурентов?

Я одёрнула себя, пока не напридумывала всякой ерунды. В конце концов, откуда мне знать, как выглядят безоблачные отношения в этой семье. Сама ведь после смерти бабушки с братом перебросилась лишь парой фраз. А здесь американцы, у них другой менталитет.

А затем он увидел меня…

О-о, какая гамма эмоций отразилась на его лице. Удивление, недоумение, отвращение, брезгливость…

Ну уж спасибо, тётя Катя, вот так удружила. Не видать мне миллиардерской яхты как своих ушей.

Но тут вышел из ступора Адам Кэлтон.