И ты будешь в безопасности.

Мальчик сжал ее руку.

Вульфстана вызвали прямо из часовни. Осматривая раны мальчика, он качал головой.

— Самый священный месяц года. Как прискорбно видеть, во что превратился человек. Господь, даруй мне силы исправить содеянное. — Он взглянул на Арчера. — Да пребудет с тобой Всевышний, Оуэн. Ступай теперь домой, к Люси. Мы с Генри немедленно примемся за работу.

До этой минуты Мартин стоял в дверях лазарета, стараясь никому не мешать, пока Оуэн рассказывал об их с Люси выводах о состоянии Джаспера. Теперь же Мартин вышел вперед.

— Вы должны знать, что над мальчиком нависла серьезная опасность.

Сегодня кто-то пытался его убить. И эти ножевые раны были бы смертельными, не вмешайся вовремя один юноша.

Вульфстан кивнул.

— Мальчик будет здесь в безопасности. А что с тем юношей? Он серьезно ранен?

— Он мертв, — ответил Мартин."

"Вульфстан и Генри перекрестились.

Вернувшись в аптеку, Мартин и Оуэн присоединились к Люси, сидевшей у очага. Тилди успела приготовить кувшин подогретого пряного вина и теперь отправилась спать, чтобы не мешать их разговору.

Оуэн отсалютовал гостю своей чашкой.

— Ну и пришлось мне за вами погоняться, Мартин Уэрдир. Поймите меня правильно — вы здесь желанный гость. Просто мне хотелось бы знать, почему вы до сих пор избегали встречи со мной.

Мартин, подняв чашку с вином, поприветствовал Оуэна, потом Люси.

— Спасибо, что предложили мне согреться. Я до сих пор не отрекомендовался вовсе не из-за скрытности натуры, а потому, что не знал, можно ли вам доверять. В миссис Уилтон я не сомневался, но вы, капитан Арчер… К тому же дело такое запутанное.

Люси внимательно рассматривала Мартина, отметив про себя, что одет он как лудильщик, в кожу и грубую шерсть, но некоторые детали при близком рассмотрении никак не вязались с его обликом — например, опрятность, слабый запах ароматического масла, серьга в ухе.

— А вы ведь не привыкли жить на улице.

— Верно. Я работаю с состоятельными купцами и знатью, миссис Уилтон. Но с тех пор как убили Уилла Краунса…

Оуэн подался вперед, вперившись единственным зрячим глазом в Мартина.

— Если вас встревожило убийство Уилла, вы почувствовали угрозу, то зачем остались в Йорке?

Мартин потер глаза, вздохнул.

— По многим причинам.

— И каковы же эти причины?

Мартин оглядел своих слушателей, убедился, что полностью владеет их вниманием, и продолжил:

— Я могу все объяснить. В Йорк я приехал, как вам известно, незадолго до праздника Тела Христова. Я был близок ко двору, а потом узнал, что некое семейство, отличающееся особой жестокостью, вдруг начало пользоваться благосклонностью короля. У этой семейки не было причин любить Гилберта Ридли и меня, поэтому я сразу отправился сюда предупредить Гилберта.