Сесилия опустила взгляд на руки, крепко сцепленные у нее на коленях. Люси уже забеспокоилась, не сказала ли она лишнее, но тут же вновь поймала на себе взгляд темных глаз.

— То, как вы любите Оуэна, очень похоже на мою любовь к Уиллу Краунсу, — сдавленно произнесла Сесилия. — Я была готова пойти на что угодно, лишь бы сохранить его любовь. Когда я узнала, что он мертв, то решила, что жизнь моя кончена. Мне хотелось наказать каждого, кто продолжал жить. А затем мне захотелось умереть. Я присматривалась к Гилберту. Он вдруг стал скрытным. Нервным. Ни с того ни с сего начал проявлять заботу обо мне и детях.

Тогда я припомнила кое-какие факты. Перед самым отъездом Гилберта в Йорк на праздник Тела Христова мы с ним поссорились. Он знал, что произошло между Уиллом и мной. Знал давно. А тогда он заявил мне, что все должно прекратиться, раз он теперь дома. Я ведь его жена. Припомнив ту ссору, я решила, что Гилберт убил Уилла, для этого и ездил в Йорк. В ту минуту я возненавидела Гилберта. Мне захотелось, чтобы он страдал, чтобы испытал ту же боль, которая поселилась в моей душе после смерти Уилла. — Она дотронулась до руки Люси.  — Я никогда не хотела убивать Гилберта, мне нужно было только заставить его страдать.

Огонь в глазах Сесилии испугал Люси. Значит, это правда, и миссис Ридли действительно заставила мужа страдать так долго, так мучительно, чтобы он познал ее собственную боль. Люси вздрогнула.

Темные глаза заволокло слезами.

— Если бы только можно было все вернуть назад. Гилберт изменился. Стал очень похож на Уилла, такой же внимательный, нежный. Я говорила себе, что страдания очистили его душу. — Сесилия всхлипнула. — Я исчадие ада.

Гилберт ни в чем не был виноват. Гореть мне в аду целую вечность. — Она закрыла лицо руками и тихо заплакала.

Люси придвинулась поближе к Сесилии и обняла ее.

— Как ужасно, должно быть, вы себя чувствовали, когда Оуэн привез известие о смерти Гилберта.

— Я подумала, что Господь забрал его к себе, чтобы наказать меня.

— Наказать вас?

Сесилия взглянула на нее, вытирая глаза.

— Мне никогда не вымолить у Гилберта прощения.

Люси показалось, что она смотрит в глаза своей собственной боли.

Они долго сидели, ничего не говоря. Затем появилась настоятельница, принесла вина.

Увидев заплаканные лица, матушка Изабель на секунду оторопела.

— Время вечерней трапезы. Присоединитесь к нам, миссис Уилтон?

Люси взглянула на Сесилию. Та взяла ее за руку и кивнула.

21

Мартин Уэрдир

Мартин затаился ненадолго на той улочке, чтобы посмотреть, не вернется ли кто-то на место происшествия. Если это была попытка убить мальчика, то убийца наверняка захотел бы узнать, удалось ли ему задуманное. Вчера ночью Амброз рассказал Мартину о последних несчастьях Джаспера.