Во всяком случае, из той дряни, которую купила Кармен. И с такого расстояния. Два быстрых выстрела в голову? Тот, кто это сделал, стреляет лучше меня.

Элис слабо улыбнулась.

– А это редкий случай?

– Очень редкий, – спокойно ответил Ричер.

– Но она призналась. Зачем?

– Понятия не имею.

Элли не была уверена, что все поняла правильно. Она пряталась на лестнице, когда ее бабушка разговаривала с какими-то чужими людьми. Она слышала слова «новая семья» и поняла, что они означают. Она уже знала, что ей нужна «новая семья». Гриры сказали ей, что папа умер, а мама уехала очень далеко и никогда не вернется. И еще они сказали, что не хотят, чтобы она оставалась с ними. Это Элли вполне устраивало. Она и сама не хотела с ними оставаться. Они были злыми. Они уже продали ее пони и всех остальных лошадей. Рано утром за ними приехал большой грузовик. Элли не плакала. Она поняла, что все это как-то связано. Больше нет папы, больше нет мамы, нет пони, нет лошадей. Все изменилось. И она отправилась вместе с чужими людьми, поскольку не знала, что ей еще делать.

Потом чужие люди заставили ее поговорить с мамой по телефону. Мама плакала, а в конце сказала: «Будь счастлива в своей новой семье». Сложность состояла в том, что она не знала, являлись ли эти чужие люди ее новой семьей, или они просто так говорили. Она боялась спросить. Элли решила вести себя тихо. У нее болела тыльная сторона ладони, которую она прижимала ко рту.

– Это очень запутанное дело, – заявил Хэк Уокер. – Вы понимаете, о чем я говорю? Ситуация может очень быстро выйти из-под контроля.

Они вернулись в кабинет Уокера. Здесь было градусов на двадцать пять больше, чем внутри здания морга. Ричер и Элис сразу сильно вспотели.

– Вы меня понимаете? Ситуация снова ухудшилась, – продолжал Уокер.

– Вы полагаете? – спросила Элис.

– Все запутывается. Предположим, Ричер прав, хотя я в этом сильно сомневаюсь, поскольку он опирается на свое субъективное мнение. Он строит предположения. И на чем они основаны? Только на том, что Кармен убедила его, будто она не умеет стрелять. Но все остальное, что она говорила, – полнейшая ложь от начала и до конца. Пусть Ричер прав, и что это нам дает?

– Да, что?

– Тогда речь идет о сговоре. Мы знаем, что Кармен пыталась уговорить Ричера убить Слупа. А теперь получается, что она сумела договориться с кем-то другим. Она нашла таких людей, рассказала, когда и как им лучше всего проникнуть в дом, отдала им свой пистолет. Если все произошло именно так, значит, речь идет о преступном сговоре с целью наживы. Получается, что она хладнокровно наняла убийцу. Если мы двинемся по этому пути, то ей гарантирован смертный приговор. Ведь это намного хуже, чем обычное убийство, уж поверьте мне. В прежнем варианте Кармен выглядит почти благородно.