А потом его руки забрались под пеньюар. Он в два резких движения порвал ее трусики и отбросил ненужный клочок ткани на пол. Это был предел, которого достигло ее нервное напряжение. Перед глазами замелькали цветные пятна, а потом свет в глазах померк.

Элан не был совсем больным на голову или отмороженным. Он понимал, что первый раз девушки должен быть сладким. Как бы ему ни хотелось заняться сексом по-другому, но он сказал себе, что еще успеется. Сегодня она должна получить хоть какое-то удовольствие. Он готов был подарить его. Но девушка смотрела на него таким же взглядом, как и в прошлый раз.

Ничего о нем не зная, Лия видела в нем монстра. Элан хорошо научился разбираться в эмоциях женщин, чтобы понять это. Он решил дать ей возможность действовать самой и попросил раздеть его. Девчонка послушалась, но расстегивала рубашку так медленно, что он не выдержал. Приказал ей действовать быстрее, а сам порвал на ней трусики. И тут произошло то, чего он вообще не ожидал: девчонка закатила глаза и грохнулась в обморок. Если бы он ее не поддержал, то столкновение с полом было бы неизбежно.

Взяв Лию на руки, Элан донес ее до кровати, аккуратно положил на подушки и побежал в комнату матери.

На стук вышел отец.

— Чего тебе? За советом пришел? — улыбнулся он.

— Не до шуток, пап. Лия в обморок упала. У мамы есть номер телефона врача, пусть вызовет.

— Сейчас оденусь и спущусь. Врача тоже вызову, не паникуй, — из приоткрытых дверей раздался голос матери.

— Идем, — Линой открыл двери своей спальни, приглашая следовать за собой.

Элан шагнул за отцом в полумрак его комнаты.

— Что ты творишь? Ты потерпеть не мог? — ледяным голосом сказал Линой, прикрывая за ними дверь.

"

"— Пап, не считай меня за идиота. Я не хотел ее обижать. Я же понимаю, что первый раз в жизни девушки должен быть приятным. Я только попросил ее раздеть меня. Она даже рубашку снять не успела, как чуть на пол не свалилась, — нервно ответил сын.

— Странно, в ее медосмотре нет ничего серьезного. От хронического гастрита в обморок не падают. Здесь что-то другое.

— Я разберусь, пап, не переживай. Когда ее осмотрит врач, дело прояснится. Я иду к ней.

Элан снова зашел в комнату жены. Лия лежала неподвижно, словно красивая кукла.

О том, что она живая, говорила только равномерно вздымающаяся грудь. Элан задумался, присев в кресло. У него почти все друзья уже женились, но ни один не сказал, что жена в первый раз упала в обморок от вида голого мужчины. Лия же и вовсе раздеть его не успела. «Испугалась, что я трусы на ней порвал? Думала, что изнасилую? Я же обещал, что не обижу, и действительно не собирался. Здесь что-то не так… Но скажет ли она, в чем дело? Жаль, с Марэком не поговорить, он будет скрывать правду в любом случае».