С такой раной ни один смертный не прожил бы и пяти секунд, промелькнуло в голове Максима, и он, размахнувшись, вонзил нож по самую рукоятку в горло ухмыляющемуся существу.

Аникеев-оборотень разинул рот, продемонстрировав загнутые зубы, и поднялся со стула. Фирсов ожидал реки крови, однако, к его безмерному удивлению, ее не было, он словно воткнул лезвие в кусок теста. Максим успел выдернуть нож из горла начинающейся меняться твари и отпрыгнул в сторону. То, что еще пару минут назад было Аникеевым, зарычав, начало надвигаться.

г. Воронеж,1 января 2009 г.Сергей быстро шагал домой, непроизвольно ощупывая в кармане твердую поверхность креста. Он был зол на Евгению, но еще больше злился на самого себя за эту самую злобу, так как не мог самому себе объяснить внезапную вспышку агрессии. Ну, в самом деле, сдался Женьке этот крест! Подумаешь, украл волшебный талисман, ха-ха… беда какая.

Он шел, вспоминая события последних дней, и чем больше он размышлял, тем больше убеждался, что все происшедшее с ними было искусно разыгранным спектаклем. Эти мысли подогревались привычной обстановкой, в которую он снова окунулся, – высотными домами с горящими в них окнами, проезжающими автомобилями, радостными людьми на улице… никаких тебе сараев с оборотнями, подземелий с врачами-маньяками и так далее.

Через сорок минут он был дома. У него была своя уютная однокомнатная квартира, родители жили отдельно. Слава богу, запасной ключ, который он прятал в трещине на лестнице, был на месте – другой остался там, в Чертовке, в кармане его джинсов.

Он подумал, что неплохо бы зайти к родителям, но, подумав, решил сделать это утром. Сейчас он слишком устал и не прочь принять душ, да и вообще…

Он подумал о Максе, который поехал обратно с бывшим участковым. Вот уж кого он не мог понять. Видать, точно у парня крышу снесло. Или у него что-то серьезное с этой мандавошкой?

Он вошел в квартиру, с удовольствием вдыхая знакомый домашний запах. С каким удовольствием он сейчас сполоснется под горячей водой, а потом растянется на мягкой, чистой постели!..

Бакунин уже хотел раздеться, но что-то внутри шевельнулось, и он нахмурил брови. Затем решительно подошел к телефону и набрал номер Евгении. Все-таки зря он так. Баба она, конечно, не красавица, и трусиха жуткая, но все же какая-то изюминка, заставившая учащенно биться его сердце, в ней была. Нужно поговорить с ней, успокоить и все такое.

Однако на том конце провода никто не отвечал. Бакунин задумчиво повертел в руке трубку. Ладно, может, она уже спит. А может, тоже помыться решила.

Сергей быстро залез в душ и задернул прозрачную занавеску. С наслаждением подставив под обжигающие струи лицо, он впервые подумал, что эти «каникулы» заставили его по-новому взглянуть на жизнь и переосмыслить кое-какие ценности.