— Зачем к нам приходила полиция?

— Давай мы пойдем позавтракаем, и там уже всё обсудим… — заговорила Натали, но её прервал холодный, строгий голос мужа:

— Стало известно, что мою мать отравили.

— Что? — Ева вздрогнула. — Как такое возможно? Ведь ранее говорили, что бабушка умерла от той болезни, что мучила её.

— Да. — полноценно посмотрев на дочь, Виктор кивнул. — Но последнее время ей было значительно лучше, приступов давно не было. Поэтому я засомневался в экспертизе и перед похоронами тайно запросил мнение еще одного специалиста. Яд, которым её отравили, заставил её задохнуться, поэтому Ребекке и показалось, что она умерла от того же приступа.

Ева даже побледнела. Ужас и отторжение такой страшной новости раздирали её изнутри. Она прижала к себе смирно сидящую на руках кошку чуть сильнее.

— Зачем обсуждать такие вещи на пороге? — вмешалась Натали.

— Но кому это было нужно?! — воскликнула Ева, пораженная этой новостью.

— Не знаю. — задумчиво ответил Виктор. — Полиция предполагает, что это мог быть кто-то из моих конкурентов. Поэтому с этого дня стоит нанять охрану. Впрочем, ладно. Действительно, обсудим всё за столом.

С этими словами он зашагал к себе в комнату, взяв одну из привезенных сумок.

— Переоденься и спускайся, хорошо? — Натали постаралась улыбнуться дочери, хоть и вышло у неё скверно.

***

Забежав в комнату, Ева положила кошку на кровать, а сама очень быстро схватила из шкафа первое попавшееся платье. Быстро стянув с себя вещи, и переодевшись в ванной, она спешила спуститься вниз.

— Ты идешь? — спросила она у Райнхарда, что вошел в спальню позже.

— Скажи, что я не голоден."

"Мерриман лишь кивнула и побежала вниз. Она оставила дверь приоткрытой, и юркая худая кошечка хотела было протиснуться следом за новой хозяйкой, но прямо у её морды дверь громко захлопнулась под рукой дьявола. Чувствуя загривком мощную мужскую фигуру позади себя, кошка села на пол, подняла фиалковые глаза на Райнхарда, и, махая хвостом, громко мяукнула. С десяток секунд они напряженно смотрели друг другу в глаза, пока Октавия, наконец, не поняла, чего хочет от неё брат.

— А она очень милая. — раздался голос чертовки в голове у дьявола, когда та сняла свою ментальную защиту.

После этих мысленных слов она махнула хвостом и за пару изящных прыжков оказалась снова на кровати.

— Ты что вообще тут делаешь? — послышался злобный голос в разуме дьяволицы.

Смотря друг на друга, они теперь общались мысленно, чтобы точно не быть застуканными лишними ушами или глазами.

— Как? Пришла сказать, как я горжусь своим братом. Магия кристалла всё еще с Евой, а значит, ты честно всё ей рассказал, и вы пришли к общему решению ничего не менять. Это очень правильно.