— Дориан, ты не знаешь, что это за штуки такие на ней стоят?

— Сургучные печати, мой мальчик. Это чтобы было видно, что внутрь никто не лазил.

— А-а, прикольно.

Я сломал несколько темно-бордовых печатей, которые стояли на посылке со всех сторон и развернул плотную бумагу. Внутри лежала картонная коробка, обернутая несколькими слоями полиэтилена.

Специально для этих целей на столе лежал небольшой нож, которым я разделался с упаковкой и раскрыл коробку. Сложенный в несколько раз лист бумаги, деньги и что-то еще в маленьком мешочке из темно-синего бархата.

'Дорогие Алексей и Максим!

Благодарю вас за помощь, которую вы оказали моей семье. Прошу прощения за то, что сомневалась в ваших словах, но вы должны понять, что мне было сложно в них поверить.

Признаться, я и сейчас не до конца верю в чудесное происшествие, которое произошло со мной.

Кроме оговоренной вами суммы, прошу принять от меня в качестве благодарности небольшой подарок. Этот артефакт когда-то принадлежал моему Мишеньке. Я думаю ему бы понравилось, что я решила подарить его вам."

"Прощайте, мальчики, и помните — когда бы вам не понадобилась помощь, обращайтесь. Наш род в большом долгу перед вами.

Анна Ивановна,

Графиня Канищева-Потапова'.

Я развязал шелковый шнурок, которым был завязан мешочек и вытряхнул содержимое в коробку.

Артефактом оказалась небольшая золотая булавка с зеленым драгоценным камнем. Проклятия на нем не было, это я чувствовал.

— С изумрудом, похоже, — прокомментировал Дориан.

— Мой господин, это артефакт? — спросил Ибрагим.

— Ага, — я взял в руку письмо от графини и осмотрел его со всех сторон. — Вот только она забыла написать, что он делает. Все-таки странный народ, эти девочки. Как я должен догадаться? Придется Лазареву на опознание везти. Только время терять.

— Я бы на вашем месте был с ним осторожнее, артефакты проклятые бывают, — сообщил мне Турок.

— С этим все нормально, я в этих вещах разбираюсь, — заверил я его. — Слушай, ты этого графа после Казани не видел? Может он бы сказал, что это за булавка.

— Нет, мой господин.

— Вот всегда так! Когда им от меня что-то нужно, вечно под ногами болтаются, а как спросить — так попробуй их найди.

Я взял булавку, положил ее обратно в мешочек и сунул его в карман. Деньги я пересчитывать не стал, зачем? Ясно ведь, что обманывать она не станет. Просто запаковал коробку поплотнее, сунул ее подмышку и вызвал такси.

Придется перед возвращением в «Китеж» артефактную мастерскую посетить. Чего зря время терять, если я уже все равно в Белозерске? Лишний час погоды не сделает. Самое главное, чтобы той рыжей девчонки там не было — вредная она.

Полины в лавке не оказалось, был только ее дед, который мне очень обрадовался.