Но…

– Полагаешь, Дубовицкого могли застрелить в другом месте? Ты это, Володь, хочешь сказать?

– Все может быть, – обтекаемо ответил Кирьянов.

– Оружие нашли? – спросила я.

– Нет, Тань. Но предположительно, Дубовицкий был застрелен из пистолета марки «Макаров», – сообщил Кирьянов.

– Вот как?

– Да. И, скорее всего, преступник забрал пистолет с собой. Во всяком случае, в кабинете пистолета не было. Но это еще не все. Кроме выстрела, Дубовицкого еще и душили, причем уже посмертно. На шее остались характерные следы. Других повреждений на теле обнаружено не было. Так, незначительные царапины и синяки. Смерть наступила примерно часов в одиннадцать ночи.

– Интересно. Удушение – это, что же, наподобие контрольного выстрела, что ли? Чтобы убедиться? Или же что б уж наверняка? А может быть… преступник после выстрела вошел в состояние аффекта? Вот тебе и удушение, – размышляла я вслух. – Как вариант, парочка преступников, решивших покончить с директором в один день, но один успел к шапочному разбору – и, не выдержав разочарования, хоть труп решил придушить."

"– Циничная ты, Танюх, – фыркнул Кирьянов. Посерьезнел и заметил: – Трудно сказать, к чему там удушение. В этом деле все как-то… – Кирьянов замялся, подыскивая точную формулировку, – не по правилам, что ли. Вот и в его кабинете беспорядок был нешуточный, как будто бы что-то искали. Все перерыто, содержимое полок сброшено на пол.

– А может быть, это всего лишь имитация? Ну устроили бедлам, для того чтобы направить следствие по ложному следу? – высказала я свое предположение.

– И такое вполне возможно, – согласился со мной Владимир.

– Предположения по росту-возрасту убийцы? – В ряде случаев экспертиза дает возможность выяснить угол расположения входного пулевого отверстия. И иногда эта информация может оказаться полезной.

– Нет, откуда? Это же не ножевое. Возможно, появятся позже, когда эксперты вытащат пулю.

– Коллег опрашивали? В театре? Кто-то что-то слышал?

– Работаем над этим, разумеется, – грустно проговорил Кирьянов. – Только толку-то? На этаже, где кабинет находится, никого не было – поздно уже, вечер. Никто ничего не видел и не слышал.

– А что с квартирой?

– А что с ней? – пожал плечами приятель. – Осмотрели, конечно. Вдруг его там пристрелили, а потом зачем-то в театр привезли? Никаких следов. Ни-че-го, Тань.

– Соседей Дубовицкого, разумеется, опросили?

– Частично. Некоторые отсутствовали. А может, не хотели открывать. Ну ты сама знаешь, как это бывает, как у нас «любят» полицию.

– Скажи, а сотовый Дубовицкого изъяли? Ведь ему могли звонить.

– Да, телефон мог бы многое прояснить. Но сотового Дубовицкого мы не нашли.

Та-ак, это интересно, особенно с учетом бедлама в кабинете.