Это ваш шанс выбраться из лагеря.

Колхоз ничего не сказал, лишь кивнул.

— Думаю, самих вас немцы в лес не отправят, — сказал Стариков. — Не рискнут… Прикрепят к вам солдат. Избавьтесь от них при первой же возможности. Равно как и от осведомителей, которые среди заключенных. Там, в лесу, все должно быть четко. Или — или. В любом случае, обратного пути в лагерь для вас быть не может. Иначе какой во всем этом смысл?

Стариков волновался — оттого и произнес столь длинную речь. Такое с ним случалось нечасто, поскольку волновался он исключительно редко.

— Все, — сказал Стариков.

 — Скорее всего, нам больше не удастся пообщаться. Так что желаю удачи.

— А ты? — спросил Колхоз.

— А я еще малость повоюю здесь, — сказал Стариков.

На том они и распрощались. Уходя, Колхоз оглянулся — будто он хотел сказать Старикову на прощание что-то очень важное. Но не сказал ничего. По крайней мере, вслух…

Отряд Стариков сформировал через полтора часа. Он состоял из восьмидесяти четырех человек. Старикову очень хотелось включить в отряд еще больше людей, в идеале всех, даже тех, кто лишь вчера поступил в каратели, но это было рискованно — немцы могли насторожиться.

Майор Литке прибыл на полигон ровно через два часа.

— Готово, — доложил ему Стариков. — Восемьдесят четыре человека. Больше — никак. Остальные еще не до конца подготовлены.

Майор окинул холодным взглядом стоящих перед ним в две шеренги людей и махнул рукой. Тотчас же откуда-то из-за угла вышли вооруженные солдаты. Стариков насчитал их десять человек.

— Они, — указал Литке на солдат, — пойдут с ними. Скажите это вашим людям. — И Литке взглянул на Старикова.

Тот громким голосом повторил слова майора и взглядом отыскал Колхоза, который еле заметно кивнул.

…Примерно в это же самое время похожий приказ получил и Лысухин — с той лишь разницей, что ему приказали немедленно сформировать четыре диверсантских отряда для заброски в советский тыл.

— Сколько человек должно быть в каждом отряде? — спросил Лысухин у Литке.

Майор смерил его холодным взглядом и ничего не ответил.

— Ясно-понятно, — сказал Лысухин.

Он, конечно, и без майора прекрасно знал, каково оптимальное число людей должно быть хоть в разведгруппе, хоть в диверсионном отряде.

Если народу будет слишком мало, группе будет сложно выполнить порученное задание. Если, наоборот, людей будет в избытке, это может демаскировать и рассекретить группу. Шесть-восемь человек — вот оптимальный состав хоть диверсионного, хоть разведывательного отряда. А то, что майор Литке ничего не ответил на вопрос Лысухина, также было понятно. Скорее всего, майор просто проверял Лысухина — насколько хорошо тот знает всяческие диверсантские премудрости и правила.