Катя обомлела:

— Это почему?

— Противно мне с Андреем этим заниматься. Брезгливо. Как подумаю, что в тюрьме его всей камерой имели, так наизнанку выворачивает.

— Что? Ты смотри, а?! Какой чистоплюй! Крестовский, а тебе не кажется, что ты оборзел? Напомнить тебе, с чьей легкой руки там Андрей оказался?

— Ну как тебе это объяснить?! Говорю же, не поймешь… — разозлился Роман.

— Да все я понимаю. Скотина ты, вот что! Только о себе печешься, о своих удобствах! О тех, кто тебя любит, даже не думаешь. Жаль мне Андрея, доведешь ты его до гробовой доски, как Дашку…

— Да он и сам не больно хочет... зажмется на краю кровати и лежит, не дышит… Такое ощущение, что с покойником в постель ложусь!

— А ты не думал, что ему-то посложнее, чем тебе? После того, что случилось… Представляешь, какой страх его охватывает, каждый раз когда думать об этом начинает?.. Нет ведь, Ром, ты ничего не замечаешь и замечать не хочешь. Андрюша твой, как снегурочка, замороженный. К нему бы с теплом, с лаской… Глядишь, и оттаял, живее на мир смотреть стал. Любовь ему твоя нужна, а не только возвратно-поступательные движения. Отогрей, приласкай. Любит ведь тебя. Такое простил! Я б на его месте ни за что тебя не простила. А ты ведешь себя, как последняя дрянь…

— Прекрати! Со своей бабьей колокольни судишь. Перегорело у меня к нему. Все! Амба! И говорить тут не о чем. Поезжайте с Санькой, куда собирались! Мы тут без вас разберемся!

Катя не стала больше спорить с Романом. А и действительно, чего она лезет? Останется Ромка один, так поделом ему! Лишь бы Андрей не решил с собой что-нибудь сделать. Ведь у Крестовского доводить людей до белого каления отлично получается.

Часть 18

Провожать Саньку с Катей отправились вместе. Мужчины помогли дотащить и погрузить на ленту тяжеленные чемоданы. Потом Катерина и Саня долго обнимались с Романом возле входа в залы ожидания. В расстроенных чувствах родственница Крестовского заключила в объятья Андрея, поцеловав на прощанье в щеку и взяв с него обещание, что тот обязательно приедет в гости. Молодой человек смущенно улыбнулся, пролепетав невнятное заверение ей в ответ.

Женщина с мальчиком прошли паспортный контроль и, помахав, скрылись за белыми стеклянными дверями.

От Пулково до дома ехали молча. Только иногда Роман злобно ругал нерадивых автолюбителей, с досадой мотая головой каждый раз, когда кто-то, по его мнению, нарушал правила дорожного движения. На Андрея он не смотрел. Вел себя так, будто того и вовсе не было в машине.

Вызвать Романа на разговор, чтобы, наконец, прояснить все до конца, Андрей не решался. Наверное, он боялся услышать то, что и так было очевидно: их отношения доживали последние дни.

Андрей подсознательно словно ждал чего-то.