Над плотиной, расположенной в черте укрепленного периметра, находился «водяной цех». Который, за счет отопления в зимнее время, позволял не выключать водяное колесо из рабочего оборота круглый год. Впрочем, одним водяным колесом не обошлись. На территории строили четыре каменных «ветряка», из которых один был введен уже в эксплуатацию, хоть и нуждался в некоторой достройке. Плюс две дюжины воротов с приводом от волов.

Для Московской Руси тех лет концентрацию энергетической обеспеченности это давало невероятную. Ткацкая мануфактура, которая здесь стояла, этим, правда, не пользовалась.

За ненадобностью. Станки были слишком примитивные. Пока, во всяком случае. Посему весь «крутящий момент» уходил на нужды железоделательного заводика."

"Домна, пусть и маленькая, если не крошечная по меркам XXI века[16] нуждалась в том, чтобы нагнетать в нее массу воздуха. Что было не так-то и просто сделать. Кузнечный цех использовал тяжелые «водяные молоты» и массу всякого рода воротов, без которых не работали бы простенькие механизированные молоты рангом пожиже. Переделочный цех с пятью пудлинговальными печами Холла не нуждался в особом энергоснабжении.

А вот стальной цех нуждался в приводе мехов, без которых пять купольных печей попросту не работали бы.

Литейный цех, в котором Андрей планировал с горем пополам освоить хоть какое-то, пусть даже самое примитивное чугунное литье, пока еще не возвели. От него имелся лишь фундамент. Токарный и прочие цеха тоже имелись лишь в воображение князя. Да и те, что уже действовали, во многом обладали явными признаками «китайского колхоза» от дядюшки Мао. Что, впрочем, не мешало этому металлургическую узлу быть самым прогрессивным во всей округе… где-то на пару тысяч километров в радиусе или даже больше.

Про перспективность и речи не шло, как и об его ценности для Руси…

Кузнецы-ремесленники все еще размещались со своими мастерскими на левом берегу Упы. Но в перспективе года, может быть двух, с ними уже были все необходимые договоренности о переходе на завод. Ведь будущим цехам требовались рабочие руки. Из-за чего купцы присматривали желающих переехать в Тулу по другим городам, ибо местных кузнецов категорически не хватало…

Марфа подъехала в узкой двухколесной коляске[17] к этой большой строительной площадке.

Грустно посмотрела на суету людей. Сверилась со своими записями. И кивнув кучеру, двинулась дальше. К следующему чек-пойнту…

Она была одна.

Снова одна.

А ее благоверный, хоть и делал очень важное и нужное дело, но вновь рисковал своей головой и находился за тридевять земель.

От сложившейся ситуации ее тошнило.

Грешным делом, она иной раз помышляла, будто от беременности. Но нет. Началось то все раньше.