Они не впускали в дом посторонних. И не выпускали тех, кто находился внутри.

Хозяйка отодвинула засовы и вошла в клетку. Демоны зашипели на кучу тряпья, лежавшую в углу, и одетый в лохмотья чародей с зеленой кожей поднял голову. Лицо его наполовину скрывали спутанные космы – когда-то белые, как снег, они теперь слиплись и почернели от грязи.

– Ах, ты жива, – заговорил он. – Какая жалость.

Он откинулся на кучу сена и вонючих мешков с таким видом, словно это были шелковые подушки.

– Однако счастлив добавить: выглядишь ты неважно, – продолжал он. – Не рассчитывала, что Магнус Бейн окажется таким серьезным противником? И кто бы мог подумать. Погоди, ведь я же говорил, что у тебя нет ни малейшего шанса против него. Причем не один раз.

Шинь Юнь с силой ударила его ногой в солнечное сплетение. Она еще некоторое время пинала пленника, и в конце концов он издал хриплый стон.

– Допустим, все пошло не совсем так, как мне хотелось бы, – задыхаясь, проговорила она. – Но ты пожалеешь об этом раньше меня. У меня есть другой план насчет всех древнейших проклятий, и ты поможешь мне его осуществить.

– Сильно сомневаюсь, – усмехнулся он. – Вообще-то, я не склонен помогать всем подряд.

Шинь Юнь снова ударила его и продолжала избивать до тех пор, пока он не скорчился от боли и не сжался в комок. Она отвернулась, чтобы он не видел ее слез.

– У тебя нет выбора. Никто не придет тебя спасать, – холодным уверенным голосом произнесла она. – Ты остался совершенно один, Рагнор Фелл. Все друзья считают тебя мертвым.

Послесловие авторов

Образ Алека Лайтвуда возник в моем воображении в 2004 году – это был юноша в старом поношенном свитере с дырами на рукавах, с сердитыми синими глазами, воинственный, но в глубине души неуверенный в себе и очень ранимый. Магнус внезапно «ожил» в моем сердце некоторое время спустя – я видела яркую, неординарную личность, любителя экстравагантной одежды и вычурных драгоценностей, который ведет себя несколько театрально, но тщательно оберегает от посторонних взглядов свой внутренний мир. И я поняла, что они идеально подходят друг другу: Сумеречный охотник и выходец из Нижнего Мира, чародей и молодой лучник.

Когда я была подростком, изображение представителей ЛГБТ-сообщества встречалось в литературе для молодежи очень редко, ограничиваясь так называемыми «проблемными романами». Мои друзья-геи, лесбиянки и бисексуалы напрасно искали себя в книгах, которые им нравились – то есть в лихо закрученных приключенческих романах в жанре фэнтези. Начиная работу над серией о Сумеречных охотниках, я включила Алека и Магнуса в число героев потому, что они мне нравились, и еще потому, что они, по моему мнению, вполне вписывались в атмосферу приключенческого фэнтези.