Ответ Алины прозвучал не слишком уверенно, но все же чувствовалось, что она приняла твердое решение.

– Я доверяю Алеку. Я иду с ним.

Алек не знал, что на это сказать. К счастью, у них не было времени обсуждать эмоции. Он кивнул Алине, и вместе они бросились бежать прочь с поляны по направлению к лесной тропе.

– Подождите! – крикнула им вслед Хелен.

Алина остановилась и обернулась к ней. Алек бросил нетерпеливый взгляд через плечо.

Глаза Хелен были закрыты.

– «Отправляйся в Европу, Хелен», говорили они. «Нельзя вечно сидеть дома, Хелен. Хватит безвылазно торчать в Лос-Анджелесе, наберись культуры.

Может, получится найти себе пару, начнешь встречаться с кем-нибудь». Но никто не сказал мне: «Члены сатанинской секты и смертоносные демоны будут гоняться за тобой по всей Европе, а потом безумец Лайтвуд поведет тебя на верную смерть». Думаю, худшей поездки до меня еще никто не совершал.

– Ну, надеюсь, мы еще когда-нибудь увидимся, – прошептала Алина с несколько потрясенным видом.

– Хватит болтовни, я ухожу, – рявкнул Алек.

Хелен вздохнула и в отчаянии развела руками, в которых были зажаты клинки серафима.

– Ладно, безумец Лайтвуд. Веди нас. Идем спасать твоего бойфренда.

Глава 24

Прóклятая Дочь"

"«Яма» оказалась вовсе не сырой подземной темницей, выкопанной членами секты, а древней частью виллы. Так называли амфитеатр, действительно представлявший собой огромное углубление на территории заброшенного сада. Каменные террасы окружали поросшую травой круглую лужайку, и на этой лужайке было возведено нечто вроде грубого помоста из необработанных досок. Две каменные лестницы, расположенные друг напротив друга, вели из сада к террасам и вниз, на «сцену».

На террасах были установлены деревянные скамьи. Зеленая лужайка была пуста, за исключением помоста и белых луноцветов, высаженных странными, беспорядочно пересекавшимися рядами. Большую часть цветов помяли и втоптали в землю при постройке деревянных подмостков. Должно быть, поклонники Асмодея не питают особого уважения к кропотливому труду садовника, подумал Магнус.

Ряды скамей были заняты членами секты. На террасах не осталось ни одного свободного места, люди толпились за спинами сидевших.

Магнус сказал себе: если ему суждено стать гвоздем программы, по крайней мере, утешает то, что зрительный зал забит до отказа.

Люди сидели молча, неподвижно. Все они были одеты одинаково – в дурацкие белые фетровые шляпы и белые деловые костюмы с белыми рубашками и белыми галстуками. Видимо, секта тратила просто астрономические суммы на стирку и химчистку.

Два человека, которые не то вели, не то тащили Магнуса к «Яме», поволокли его вниз по ступеням и бесцеремонно швырнули на траву.